Молчание. Какая разница: где? Все выживают, как могут. Кто-то перегрызает глотки ради глотка свободы, а кому-то и пальцем шевелить не надо, чтобы иметь все прелести жизни у себя под ногами.

— Кто у вас командир? Это ты? — он подошел к парню, за которым так долго гнался. В ответ опять лишь молчание. Изабель зашевелилась, пытаясь развязать верёвки, сковавшие ей руки, но солдат, коих тут было уже человек пять, одним ударом выбил из неё всю спесь.

— Командир Эрвин? — подал голос один из солдат. Эрвин обернулся, а затем медленно кивнул. Трое подростков вначале услышали глухие удары, а затем почувствовали резкую боль. Изабель пискнула, Фарлан сморщился от боли. Брюнет же дернулся и сплюнул песок, с вызовом уставившись на Эрвина. Казалось он и не почувствовал боли. Физической может и не почувствовал. А всё потому, что боль за своих друзей была во много раз сильнее. Пару ударов можно и стерпеть, издевательства над дорогими — никогда!

— Так все-таки это ты их главный, так? — уточнил командир. Опять молчание. И снова удары. На это раз они предназначались только для двоих. Ривая не трогали, что еще больше его бесило и раздражало. Ему было плевать на себя. Пусть делают с ним, что хотят, но только не трогают его друзей!

— Это ты? — повторно задал вопрос командир. И перед тем, как солдатский сапог вновь был занесён для удара, словно ветер пронесся яростный и тихий шепот: «Да».

Эрвин усмехнулся. Ему все больше и больше нравился этот парень. «Вот бы заполучить его к нам в отряд», — думал он.

— Уже лучше. Быстро доходит. Как твое имя? — тем временем перешел он к следующему вопросу.

— Ривай, — медленно ответил брюнет. Он прекрасно понимал, что был загнан в угол, словно мышь. Ему бы все равно пришлось отвечать на дурацкие вопросы командира, в руках которого пока находились Фарлан и Изабель.

— Я Эрвин, заместитель командира «Легиона разведки». А теперь мне нужны и ваши имена, — он повернулся к остальным двоим.

— Изабель, Фарлан, — нехотя отозвались они. В душе скребли кошки. Ривай никак не мог понять, зачем ему допрашивать их — нищих преступников. Если бы нужно было посадить за решётку, он бы без допроса их поймал, тем более они безоружны. А так какой смысл во всём этом?

— А теперь заключим сделку, — начал Эрвин, — ты вступаешь в Легион Разведки, а я снимаю с тебя все обвинения. Вы трое навсегда покидаете этот преступный мир.

— Нет! — крикнула Изабель. — Ривай, не делай этого!

И тут же на ее маленькую голову лег тяжелый мужской сапог. Изабель обозлилась. На Эрвина уставились пронзительно серые глаза Ривая:

— Ещё одно движение — и вы от меня ничего не добьётесь.

— Не думаю, что ты сейчас в том положении, чтобы диктовать мне условия, — холодно проговорил мужчина, но девушку всё же отпустили. — Мне нужен ответ сейчас, — как бы давая подумать, но все же не оставляя подросткам выбора, медленно произнес Эрвин.

Брюнет не отвечал. С одной стороны, это была отличная возможность начать жизнь с чистого листа, с другой, — вряд ли Эрвин ограничиться этим условием, да и вылезать за стены — верная гибель. «Лучше попытать вырваться. Там точно смерть».

— Нет, — тихо и сухо ответил Ривай.

Эрвин удивленно приподнял бровь, встал и уже хотел поднять руку для того, чтобы отдать приказ убить преступников, как в его голову прилетел маленький камешек. Еще один… и еще… А потом об его локоть стукнулся маленького размера сапог. Удивлённый мужчина обернулся. На него с вызовом смотрели знакомые и такие родные синие глаза.

— Что ты здесь делаешь? — строго спросил Эрвин. Его голос очень изменился. Из мягкого превратился в твердый как сталь. Преступники с удивлением наблюдали за сценой. «Что здесь происходит?» — пронеслось в голове у Фарлана. — «Интересно, о чём думает Ривай?»

— Это ты что здесь делаешь?! — взорвалась девушка. — Как можно так беспощадно их пытать?!

Ривай присмотрелся к ней: маленькая и хрупкая, но невероятно храбрая. «Она же ещё совсем ребёнок!»

— Отставить разборки! — приказал он и сделал шаг в её сторону, но упрямая девушка тут же подскочила и на УПМ перелетела на соседнюю крышу.

— Даже не собираюсь! — с вызовом ответила она. — Я не твой солдат, и ты не имеешь права мне приказывать!

— Лиана, немедленно прекрати это ребячество. Сейчас не время. Возвращайся.

— Нет! Обещай, что сохранишь им жизнь и свободу, и тогда я уйду.

— Это приказ, — холодно проговорил Эрвин и кивнул солдатам в её сторону.

— Неужели ты не понимаешь, что они и так всю жизнь просидели, здесь, под землей, как в этой твоей тюрьме?! Хуже пыток, чем им преподнесла жизнь, ты уже не найдешь! Отпусти их!

Ривай по-настоящему удивился. Слишком много сегодня происходило для него впервые. Да вся эта ситуация казалась слишком уж неправдоподобной. Откуда эта девчонка может знать про жизнь под землей? И почему она так яростно их защищает? Кто они для неё? Обычные преступники, жизнь которых никогда, нигде и никем не ценилась, независимо существовали Гиганты раньше или же нет.

Девушка хотела ещё что-то сказать, как неожиданно пошатнулась и посмотрела себе под ноги. На их головы посыпался песок, и Ривай посмотрел вверх, пытаясь понять, что вызвало эти подземные толчки. С потолка уже отламывались большие куски камней, один из которых упал рядом с ним.