Вадька никак не мог взять в толк, шутит Данила или правду говорит. Не могли же мы ему сказать, что нас не мед и не пчелиная семья интересует, а кое-что посущественней.

– Ладно, – согласился я, – вы только подтвердите родителям, что я уже приступил к своим обязанностям.

А Данила и на Вадьку прикрикнул:

– Чего стоишь как бестолочь, хоть спину подставь, если ничего больше не умеешь делать, видишь человек идет на серьезное дело.

– Может быть не надо? – испуганно проблеял младший брательник. Слишком делового братца он заимел.

– Надо! – безапелляционно завил Данила и недовольно сморщил нос, – инвентаризацию всего имущества нашего надо произвести. Чтобы ни один сучок не пропал. Ты с газона сойди. Чего траву зря мять, чай своя, не чужая!

– А зачем тебе трава? – испуганно спросил Вадька.

– Да не мне, козу здесь завтра будешь пасти.

От этого заявления Вадьке по-моему поплохело. А я потихоньку поднимался наверх. Пчел я не боялся. Дед у меня держал свои ульи, так что я знал, что они просто так никого кусать не будут. Главное их не потревожить. До дупла я долез быстро. Отверстие было небольшое. Я вслушался. Изнутри шел ровный гул. Я попробовал заглянуть внутрь, но несколько пчел-сторожей держащихся у самого входа в дупло оживились и расправили крылья. Пора убираться отсюда, пока не ужалили!

– Ну, чего там? – крикнул снизу Данила.

– Ничего не видно!

– А ты руку сунь!

– Я что, больной?

– Трус!

– Иди залезь, и сам покажи какой ты герой!

Я даже и подумать не мог, что Данила полезет вслед за мною. А внизу уже пыхтел Вадька, подставляя спину. Это не я легкий как пушинка, а это твой старший братик бегемотик вскарабкался тебе на плечи. Если у меня были навыки обращения с пчелами, то Данила знал только, как есть мед. Мы с ним разминулись на полпути.

– Ты не очень шуруди там, – сказал я ему, увидев у него в руках палку. А внизу нашелся еще один герой. Вадька тоже решил показать, что он ничего не боится, и полез на дерево. Это нас и сгубило. Три медведя на одно дупло, многовато получается. Пристроившись на нижней ветке, я руководил действиями Данилы.

– Прислонись к стволу и послушай, где гул идет? Там где гула не будет, там и дно дупла!

Мой дружок, как живот у больного, прослушал весь ствол ниже отверстия и удовлетворенно заявил:

– Неглубоко! Пожалуй до дна достану!

Я и подумать не мог, что он сунет в дупло не палку, а руку. Лучше бы он не трогал гнездо пчел. Первым взвыл вверху Данила и стал быстро спускаться. А внизу Вадька оккупировал нижнюю ветку и боялся спрыгнуть.

– Прыгай идиот, – заорал Данила сводному брату, скатываясь медведем ему на голову.

Нижний сук был метрах в двух от земли. С него все втроем мы как груши и посыпались на землю. Данила, когда сунул руку в дупло, то вытащил оттуда кусок медового сота, вместе с сидящими на нем пчелами. Растревоженная бандитским нападением пчелиная семья атаковала нас. Впереди всех летел герой Вадька и вопил громче всех. За ним, медведем топотал Данила. Я, как наставник этих взбалмошных отпрысков банкира, прикрывал тыл.

А в это время Владлен Петрович со своей королевой находились на смотровой площадке третьего этажа. Что они должны были подумать, услышав Вадькины вопли и увидев погоню за ним? Конечно, что мы подрались и напали вдвоем на одного. Вадькин заносчивый, сволочной характер им был известен. Да еще орал он, как резаный. К дому мы подлетели одновременно и в это время навстречу нам распахнулись парадные двери. Вадька вместо того чтобы кинуться в объятия отца или приемной матери метеором пронесся мимо них. То же само сделали мы с Данилой, только молча. И только когда одна из преследующих нас пчел укусила за губу ее королевское высочество Банту, супруги поняли, что двери надо не открывать, а спешно закрывать.

Минут через десять, когда вытащили застрявшие жала и переполох улегся, появились первые улыбки на лицах.

– Ну ты и несся! – восхищенно гудел Данила, глядя сквозь заплывшие глазки на сводного брата.

А того укусила всего одна пчела, а шуму было, а шуму… Зато Данила пострадал капитально. Лицо его опухло, округлилось, я думал, он будет унывать, а он весело вертел глазами по сторонам и бесперебойно тарахтел.

– Я завтра, как переселюсь, первым делом пасеку разведу. Нет ничего вкуснее блинов с медом. Мед, можно, с чем хочешь есть.

Хозяйка дома, прикладывая ему холодные компрессы решала свои собственные проблемы. У нее, оказывается, тоже был больной вопрос, душевный.

– Данила, скажи мне, пожалуйста, только честно, ты не очень расстроился, что твой папа женился на мне?

Нашла знахаря! Мой дружок вильнул хвостом.

– А чего это я должен расстраиваться?

Банту королевских кровей, бросила на него подозрительный взгляд.

– А вот твой брат, Вадик меня просто терпеть не может!

– И правильно делает! – бухнул Данила. – На его месте я бы тоже вас ненавидел. Вы кто? Королева! А он кто, король? Нет, он не король, а так пришей-пристебай непонятно к чему. За что же ему вас любить, сами подумайте.