— Сюрприз! — улыбаюсь во все тридцать два зуба, понимая, как нелепо и наигранно сейчас выгляжу, — удалось вырваться раньше. Хотя, по вашим кислым минам я могу решить, что мне тут не рады.

Парень уже успел сбросить свою верхнюю одежду следом за сумкой и вовсю помогал блондинке с ее пальто. Хорошо, что хотя бы пуговицы она расстегнула самостоятельно. Чертов джентльмен!

— Не будь букой! Я очень рада, что ты здесь, — Прим чмокает меня в щеку и поворачивается к нашим гостям, — вы же помните мою старшую сестру? Думаю можно опустить прелюдию и перейти к подготовке ужина. Я позвоню Рори и приглашу присоединиться. Наконец-то все в сборе! — Прим действительно рада, чего не скажешь обо мне. Цокаю языком, теребя в руках все еще липкие кончики волос, не желая проявлять гостеприимство.

— Эвердин, — получаю легкий кивок в знак приветствия от своей соперницы, как мысленно нарекла девушку.

— Картрайт, — отвечаю ей тем же.

— Делли, поможешь мне разогреть барашка с черносливом? Китнисс я не могу доверить этот процесс, если, конечно, мы не хотим спалить весь дом, — сестра весело подмигивает мне и, схватив девушку за руку, тащит ее на кухню.

— О, ну конечно! — судя по голосу, наша бывшая одноклассница предпочла бы остаться рядом с Питом, но вежливость не позволяет ей отказать в помощи. Обернувшись, она бросает на меня последний оценивающий взгляд, в котором нельзя прочитать ничего хорошего, и скрывается в соседней комнате.

Я все еще стою, скрестив руки на груди, избрав защитную позицию, не располагающую к общению. Понимаю, что веду себя как пятнадцатилетняя школьница, впервые влюбившаяся в своего учителя и заставшая того с другой женщиной в местном ресторанчике, куда по традиции пришла поужинать со своей семьей. Воздух в коридоре наэлектризован нашими взглядами, как воздушный шарик, от души натертый о голову.

— Вижу, что ты неплохо проводишь время. Уже и местную блондинку найти успел. Поразительная скорость! — решаюсь нарушить молчание, выдавливая из себя подобие улыбки, но он явно чувствует, что я играю. Причем ощутимо переигрываю, ведь актриса из меня хуже некуда.

— Серьезно? — Пит громко выдохнул, растирая затекшую шею и ероша свои и без того лохматые волосы. — Мы с Делли просто друзья и я рад, что она все еще помнит меня, — после этих слов он делает медленный шаг вперед, от чего я попадаю в плен дурманящего голову запаха — его запаха, который не спутаю ни с каким другим, — я давно не был дома, очень многое поменялось, а с подготовкой к свадьбе столько всего требуется, что ее помощь оказалась просто бесценной.

— Просто бесценной, как же иначе, — передразниваю его голос, хмурю брови и отворачиваюсь к еле слышно работающему телевизору, по которому по иронии судьбы показывают репортаж с презентации последнего выпуска Capitol Couture, — и чем же конкретно она тебе помогает?

— Ну… много чем, — следует уклончивый ответ, после которого я оказываюсь в ловушке его крепких рук, которыми он уперся в стену и приблизился к моему лицу, — я соскучился.

Пит утыкается носом в мою шею, прильнув губами к нежной коже. Каждое прикосновение разжигает тлеющие угольки, рискуя превратиться в пожар. Я так и слышу настойчивый стук сотен бабочек о свои ребра. Его дыхание оставляет невидимые следы, а взгляд хаотично блуждает по моему лицу, пока не останавливается на губах, которые я машинально облизываю.

— Не похоже, — все, что могу выдавить из себя.

— Злюка, — глухо шепчет мне в ухо, слегка прикусив мочку, заставляя мою спину выгнуться, сильнее прижимаясь к широкой груди, — не забывай, что наши комнаты через стенку.

— Я еще не выбрала спальню.

— У тебя не много вариантов, — ловлю нежный поцелуй в щеку, плавно перемещающийся в сторону подбородка. Пытаюсь отвернуться, но тело меня не слушается. Я словно во власти умелого кукловода, который играючи управляет каждым моим движением.

— Китнисс, помогите расставить тарелки! — слышу крик, доносящийся с кухни. Пит вынужден отступить, от чего из моей груди вырывается разочарованный стон, который не остается без внимания.

— Мы еще не закончили. Сегодня уже поздно, но утром нужно сходить к родителям, — Пит говорит, а я зачарованно наблюдаю за движением его губ, жалея, что он не продолжил свою пытку дальше. Они такие пухлые, мягкие, чуть суховаты, но влажный поцелуй способен поправить это дело. Слова о родителях заставляют меня очнуться от своих грез.

— Хм, пообещай, что они ничего не узнают. Ну.. про нас, — понижаю голос, чтобы меня мог услышать только он.

— Про нас? А разве есть мы? — в его интонации улавливаю стальные нотки, пробирающие меня до костей. Хочу возразить, но понимаю, что крыть мне нечем, поэтому провожаю его удаляющуюся спину молчаливым взглядом.

Собираюсь последовать за ним, но меня отвлекает звонок в дверь. Должно быть это кавалер Прим. Мне до сих пор ужасно стыдно перед ними за свое эффектное появление. На ватных ногах плетусь к двери, на ходу поправляя свое теплое платье, и тяну за металлическую ручку, с легким скрипом открывая дверь.