Селвин несколько раз перечитал письмо. Что, все-таки, имеет в виду отец? Про какую тайну он говорит, и что может быть общего между их далеким предком Дэвидом Корнэем и туманной завесой? Селвин ладонью убрал нависшие над глазами непослушные волосы и осторожно достал древнюю тетрадь из такого же древнего конверта. Он быстро пролистал ее, разглядывая немного замысловатый рукописный текст.

Где-то изнутри дневника выпала фотография: по всей вероятности, самого Дэвида на фоне исписанной мелом доски. Фотография показалась Селвину знакомой. «Наверное, из учебника по истории», — мелькнула у него мысль. Он еще раз всмотрелся в лицо далекого предка, вложил фото обратно в середину дневника и открыл первую страницу…

В это же мгновение раздался громкий стук в дверь, который вернул Селвина в реальность. А реальность была такова, что он, безо всякой видимой причины, опоздал на финальную игру по скайболу. Такого история острова еще не знала!

Денек выдался замечательный! Наверняка, ученые из «отдела погоды» проследили за этим. Солнце, как обычно, мягко пробивалось сквозь туманную завесу, а слабый прохладный ветерок обдувал приятным морским бризом. Сломя голову, Селвин несся в глубь острова по необычно пустынным улицам. Сегодня большая часть жителей собралась на стадионе, чтобы воочию посмотреть главную игру года. И не удивительно, ведь скайбол был любимой игрой островитян. Он пришел из тех времен, когда остров еще был неотъемлемой частью большого мира, и оставался любимой игрой и по сей день. В него играли все: и молодые, и старые, и девчонки, и мальчишки. Почти в каждом дворе, и, уж точно, на всех без исключения детских площадках висели корзины или ворота для скайбола. Дети без устали кидали в них мячи, лихо выделывая крутые виражи на маленьких летающих досках, чем вызывали недовольные возгласы своих мамаш.

Правила были самые простые, поэтому каждый, хоть раз, да попробовал встать на летающую доску, или, иначе, скайборд, и забросить мяч в корзину. К тому же, число участников не имело значения, а единственным условием было: не дать мячу упасть на землю. Но уж если это произошло, то команда противника получала дополнительное очко в свою пользу. Исключением не были и официальные соревнования. Правда они проводились по строго прописанным правилам, но выроненный мяч и здесь приравнивался к голу.

Команда чемпионов состояла из восьми человек. За ее подготовку отвечал капитан, который не обязательно был одним из игроков, но в случае проигрыша, незамедлительно смещался со своей должности.

Каждый игрок имел свои определенные позиции и задачи на поле. Ворота защищал вратарь. Два защитника, почти не вмешиваясь в ход игры, висели перед двумя нападающими противника, мешая тем забить гол.

Связующим звеном между защитниками и нападающими были три полузащитника, которые всегда фигурировали там, где находился мяч.

Раз в год проходила официальная игра между Восточной и Западной частью острова, и, разумеется, пределом мечтаний любого подростка было попасть в сборную своей части, чтобы сразиться за звание Чемпионов. Победители носили титул до следующей игры, а побежденная команда распускалась, и игроки снова доказывали свое мастерство в бесконечных отборочных турнирах.

В прошлом году Селвину и его другу Бодуэну Девале, а проще говоря Бо, крупно повезло: два нападающих, успешно отыграв Чемпионат, перешли в старшую группу. Претендентов занять места набралось больше сотни, и все они играли один лучше другого. Но окончательный выбор пал на Бо и Селвина. И вот, вместо того, чтобы на деле доказать свое мастерство, Селвин позорно опаздывал на матч!

С щемящим желудок ужасом он подлетал к стадиону, боясь даже представить себе реакцию на свое опоздание не только игроков, но и зрителей. Влетев на стадион, Селвин мельком взглянул на табло, с облегчением отметив, что гол забила его команда. Запыхавшись от скоростного полета, он плавно опустился рядом с капитаном, боясь заглянуть тому в глаза.

— Играть можешь? — спросил тот, покосившись на нерадивого игрока.

Селвин кивнул.

— Хорошо. Тогда переведи дух и забудь о своем опоздании. Мы поговорим об этом потом. Сейчас, сконцентрируйся на игре. Через минуту я объявлю замену.

Селвин снова кивнул, боясь хоть каким-то звуком еще больше разозлить капитана.

— За тебя играет Мира, — правильно поняв молчание Селвина, сказал тот и отвернулся в сторону поля. — Причем это она забила первый гол! — укоризненно добавил он. Селвин улыбнулся. То, что Мира Корнэй была сестрой Селвина, нисколько не мешало им стать лучшими друзьями, наравне с Бо Девале.

В детстве родители часто заставляли Селвина присматривать за сестренкой, а тот всегда таскал ее за собой, куда бы ни шел, потому что так ему было удобнее. Время шло, и обязанность превратилась в привычку. Мире приходилось играть с другими мальчишками, друзьями ее брата, но она не возражала. Наоборот, ей это очень льстило, потому что они обращались с ней, как с равной. Робкая и застенчивая среди своих сверстников, она преображалась в ловкого сорванца, когда ей приходилось вместе с братом играть в скайбол против соседских мальчишек. И теперь худенькая, невысокого роста кареглазая девчушка с шикарной копной каштановых волос, всем на удивление, стала запасным нападающим команды Западных и самым молодым игроком юниоров.

Вначале матча зрители удивились, увидев на поле маленькую хрупкую девочку, казавшуюся еще меньше, в сравнении с внушительного вида защитниками. Но буквально через несколько минут, по крайней мере, половина болельщиков, просто таки, влюбилась в нее: Мира Корнэй открыла счет! Определенно, Восточные не восприняли ее всерьез и поплатились за это, получив гол в свои ворота. Болельщики ликовали!

Даже Николай Орлов, капитан Западных, немного успокоился из-за отсутствия ее брата, хотя он прекрасно понимал, что Мира не выдержит темпа игры даже до конца периода. По плану, Николай рассчитывал выпустить ее в случае затяжной безрезультатной игры, чтобы психологически заставить Восточных расслабиться и дать ей шанс забить решающий гол. Что, собственно, и произошло, хотя не совсем так, как он задумывал.