Рогозина перевела взгляд по указанному направление. Сердце болезненно сжалось, когда она увидела Юру, прижимающего к себе плачущих близнецов. Парень что-то тихо им говорил, время от времени переводя взгляд на серое небо. Рогозина не слышала слов, но догадаться о них было не сложно.

— Знаешь, как они вчера плакали, просили чтобы я им маму вернул и маленькую, не рожденную сестренку, — как-то тихо пробормотал Степан. — Они ей пинетки своими руками связали. Маленькие таки, розовенькие, — на глазах мужчины выступили слезы. — А теперь ты говоришь, что этой суке ничего не будет!

— Он будет наказан, — собственный голос показался Галине чужим. — Я обещаю, и ты скоро об этом узнаешь. Но сделаешь это не сам. Степан внимательно посмотрел на нее и, кивнув, отошел. Она оглядела людей в черном и достала из кармана телефон.

— Да, — Зимина почти сразу ответила на звонок.

— Я согласна, если предложение еще в силе, — Галина отошла от людей. — Но у меня есть одно условие.

— Подъезжайте после похорон в кафе около моего отдела, — Ирина говорила спокойно. — Обговорим.

========== Часть 14 ==========

Галина подъехала к кафе, которое обозначила Зимина при встрече на кладбище. Она все еще колебалась. С одной стороны, это решение казалось ей совершенно верным, ведь преступника все равно не накажут, и это уже было ясно. А с другой, Рогозина прекрасно понимала, что это - самое настоящее убийство. Убийство, с какими она ежедневно сталкивается и борется. Ее отец и она сама всегда занимались тем, что сажали преступников за решетку, а теперь она сама станет преступницей.

Женщина заглушила мотор, но все еще продолжала сидеть в машине. По стеклу противно барабанили капли дождя. Они стекали по лобовому стеклу автомобиля, словно слезы. Галина глубоко вздохнула, собралась с силами и вышла из машины. Поставив автомобиль на сигнализацию, она быстрым шагом направилась в сторону кафе, где ее уже ждала Ирина.

Рогозина вошла и окинула взглядом зал, в углу за самым дальним столиком она заметила Зимину, которая спокойно пила кофе. Галина быстрым шагом двинулась к ней.

— Не могу назвать этот день добрым, — произнесла Ирина, ей и самой сейчас было довольно тяжело. Только она к смерти привыкла, а вот Рогозина была совершенно не готова к такому повороту событий.

— Да, соглашусь с вами, — нервно ответила Галина. Все-таки не каждый день соглашаешься на убийство.

— Так какие у вас условия? — у Зиминой не было никакого желания рассуждать о том, что сподвигло справедливого полковника изменить свое решение. В конце концов, она сама ей это предложила, а что-то менять сейчас просто глупо.

Да и не думала Ира, что у Рогозиной будет какое-то особое условие, которое она не в состоянии будет выполнить.

— Я бы хотела, — Рогозина замялась, пытаясь сформулировать фразу.

— Что будете заказывать? — тут к ним подбежала бойкая официантка.

— Кофе, — спокойно произнесла Галина, несколько раздосадованная тем, что ее прервали на таком важном слове.

— Вам какой? Капучино, американо…

— На ваш вкус, — мрачно отмахнулась от нее женщина. — И без сахара, пожалуйста.

— Хорошо, — девушка снова ускакала куда-то вглубь заведения.

С минуту снова висела тишина. Наконец вернулась официантка, она поставила на стол перед Рогозиной чашку кофе и удалилась прочь.

— Так что же вы хотели? — не унималась Зимина, ей и самой уже было интересно, что же попросит Рогозина.

— Я бы хотела сама принять участие в убийстве, — спокойно, без тени сомнения произнесла Галина. Если бы кто-то знал, с каким трудом дались ей сейчас эти слова. Но после жестокого убийства лучшей подруги жизнь перевернулась с ног на голову. Теперь Галина хотела мести.

— Вот как, — Зимина удивленно приподняла брови. — Надо сказать, что я не ожидала этого от вас, Галина Николаевна.

Сказать, что Ирина была удивлена — не сказать ничего. Она ожидала любой, даже самой глупой и нелепой просьбы Рогозиной. Она была даже готова устроить кого-то из ФЭСовцев в отдел или помочь с раскрытием дела для ФЭС, потрясти информаторов. Но чтобы сама неподкупная и честная Рогозина приняла решение о том, что захочет принять участие в убийстве.

— Я тоже не ожидала, — честно призналась полковник. — Но теперь это не важно. Вы согласны?