... Но уже в сумерках, на горизонте, с северной стороны появились высокие белые облака, а к полуночи, небо укрыло непроглядным, мутно - серым одеялом туч, а из них посыпался влажный белый снег...

Перед рассветом, снег запеленал всё вокруг в белое покрывало, и стало необычно тихо - слой снега приглушил все звуки ...

Лосиха мать не пошла, как обычно кормиться, хотя в нерешительности поднималась несколько раз из лёжки, топталась на одном месте, лизала прохладный снег и вновь ложилась...

Любопытная, в одиночестве бродила вокруг принюхиваясь и присматриваясь, осваиваясь в новом для неё, чисто белом, непривычно холодном мире.

Иногда оглядываясь, она видела свои следы и пугалась, принимая отпечатки на снегу за присутствие посторонних.

Но постепенно она поняла, что снег проявляет то, что без снега было не видно. Да и уверенно - сонное настроение родительницы успокаивало...

Снег шел, не переставая несколько часов и лоси дождавшись его окончания, поднялись и вздрагивая от шуршания падающего с веток тяжелого снега, пошли на кормёжку...

Лес переменился в одну ночь. Гибкие берёзы ещё не сбросившие золотистой листвы под тяжестью влажного снега осевшего на листьях, согнулись дугой до земли, а некоторые и сломались.

Теперь лес напоминал картину битвы: деревья согнутые переплелись вершинами и ветками, обломки вершин с листьями жёлтых и красноватых тонов проглядывали сквозь белизну сугробов яркими блёстками.

Обходя завалы снега и сломанных веток, лосиха повела Любопытную к знакомому осиннику, который осиротело голый, стоял, просматриваемый далеко вперёд и во все стороны.

Войдя в осинник, лосиха, подойдя к дереву, передними резцами мощной горбоносой верхней челюсти начала соскребать вкусную чуть подмёрзшую осиновую кору, и Любопытной этот новый вид еды очень понравился.

Потом, лоси объели мелкие веточки у нескольких молодых осин и попробовали верхние побеги густых кустарников, плотной щетиной торчащих в низинках таёжного ручья...

Наевшись, звери, отойдя несколько сотен метров в сторону, сделали полукруг и опытная лосиха легла за поваленным деревом, где её не было видно, а она, поднимая голову, слышала и видела то место, по которому они прошли направляясь к лёжке.

Начался новый период жизни, когда следы на снегу, показывали их присутствие здесь, врагам, и потому надо было быть особенно осторожным и внимательным...

...Перед снегопадом, Бурый закончил рыть для зимовки нору - берлогу.

Выбрав место на пологом склоне небольшого распадка, выходящего на северо-запад, Бурый примериваясь, насколько раз копнул землю тяжёлой когтистой лапой, сорвал тонкий слой травы и дернины под густым кустом багульника, на бугорке, пронизанном его корнями.

Земля легко поддалась сильному землекопу - то была супесь, то есть смесь крупного песка и глины.

Углубившись на глубину более метра, и удовлетворившись пробами почвы, медведь принялся неутомимо копать берлогу.

В первый день, он копал по прямой, зарываясь когтями вглубь бугорка. Под вечер, прекратив работу, сходил на соседнюю гриву и покормился кедровыми орешками из шишек - паданок, густо покрывающим траву под деревьями, после сильного недавнего ветра.

Там, Бурый нашёл несколько бурундучьих нор, раскопал их и полакомившись орешками, в одной из норок, поймал и съел маленького хозяина ореховых запасов, бурундука...

Возвратившись к новой берлоге после полуночи, он отдохнул в лёжке и после рассвета, принялся копать вновь.

Теперь он расширял берлогу, углубляя её, выворачивая жёлтый песок, смешанный с глиной в отвал, как бы делая барьер перед входом. Чем больше супеси он выворачивал из берлоги, тем выше становился барьер - вал перед ней, на расстоянии не далее метра...

... Так работал он, не покладая "лап", ещё день, и ещё один...

На четвёртый день, после начала строительства, берлога вчерне была готова. Высокий борт отвала желтел на зелёном фоне и привлекал внимание. Но уже через насколько дней листопад укрыл его и отвал стал малозаметен, на фоне опавших листьев...

Бурый остался доволен своей работой, долго ходил вокруг, присматривался и принюхивался, а потом, запомнив место ушёл на несколько недель на водораздел, где кедрачи в этом году были особенно урожайны...

Там он не только ел подобранные с земли орешки в шишках, но и раскапывая норки бурундуков поедал уже добытые их шишек бурундучьи запасы, иногда закусывая и зазевавшимся бурундуком.

Здесь его и застал первый снегопад, после которого медведь, раскапывал муравейники, широко гуляя по окрестной тайге.