Долог был сказ о страстотерпцах, но как не помянуть о самом несчастливом человеке на весь XVII век, о Василии Борисовиче Шереметеве?

27 апреля 1670 года ближний боярин судья Посольского приказа Афанасий Лаврентьевич Ордин-Нащокин заключил с послами крымского хана Адиль-Гирея мирный договор. Третьей строкой этого клятвенного двустороннего обещания стояло: освободить из плена боярина воеводу Василия Борисовича Шереметева, стольника князя Андрея Ромодановского и других пленников. За Шереметева царь и всея России самодержец обещал заплатить шестьдесят тысяч битых талеров. При девятнадцати-то тысячах годовых «поминков» хану, иначе говоря, дани!

Хан договором остался доволен.

Василия Борисовича помыли в бане, нарядили в дорогое платье, о шестидесяти тысячах помятуя, и покинул он, горемыка, орлиное каменное гнездо на Чуфут-Кале, где погибли десять лет его жизни.

Из Бахчисарая до Перекопа ехал три дня. В Перекопе поменял лошадей, простился с местными властями, нанял нукеров для охраны по степному безлюдью. И — домой! Господи, Господи! Как дорога ты, милая Родина! А уж отнятая изменой — стократно.

Покидал Перекоп, слушая полуденный призыв муэдзина, мчась в алую от маков, звенящую жаворонками степь.

Вдруг всадники из крепости. Ближе, ближе! Как туча с громом. Догнали, окружили, поворотили лошадей. Тут и грянуло! Доставлен в Перекоп фирман падишаха Великой Порты: хан Адиль-Гирей смещён. Новый хан повелел вернуть Шеремет-бана в Жидовский городок, а чтобы не убежал — обуть его в колоду.

Обули, повезли, водрузили на гору, в тот же каменный мешок — на орлов глядеть, парящих над ниточкой белой дороги в теснине, входящей потом в зелёные просторы по зелёным волнам земли, к синему морю, которое за горами чудится, да не видно. Глаза прогляди — не видно.

Далеко ли глаза-то наши видят? Но есть, есть в нас дар иного глядения. Сердцем.

Устремился я сердцем моим к страстотерпцам, и ожили они в крови моей, и живы болью о попранной правде. Скажут, уж такая судьба у защитников истины, у России.

Судьба — она судьба, но от нас многое зависит.

Не тот боголюбец, кто от Бога ждёт. Ну а по силёнкам ли нашим с сатаной ломаться? Кто мы? Пыль времён. Пыль так пыль, но пыль с совестью. А перед совестью чёрный ангел сам пыль.

Совесть равняет человека с Богом. Бог правдой вечен, а правда — оглянитесь на страстотерпцев — уж такой беззащитный птенец, уж такая сирота, горше на белом свете не бывает. Вот и снимите шапки свои перед теми, кто того птенца в руки взял, на грудь себе положил.

БАХРЕВСКИЙ ВЛАДИСЛАВ АНАТОЛЬЕВИЧ родился в 1936 году, современный русский писатель. Окончил Орехово-Зуевский педагогический институт. Печататься начал с 1959 г., первая книга «Мальчик с Весёлого» вышла в 1960 году. С 1967 г. — член Союза писателей. Большое количество его произведений посвящено детям и юношеству. Много и плодотворно работает в жанре исторического романа. Признание читателей получили романы «Хождение встречь солнцу» (1967) (о Семёне Дежневе), «Тишайший» (1984) (о царе Алексее Михайловиче), «Никон» (1988), «Виктор Васнецов»(1989), «Долгий путь к себе» (1991) (о Богдане Хмельницком) и др. У Бахревского вышло более шестидесяти книг.

Роман «Страстотерпцы» печатается впервые.