– А-А-А...
– понятливо посочувствовали товарищи.

– Шо "а-а-а"?! Он меня чуть обратно в Преисподнюю не изгнал... прямо на лестнице, а вы - "а-а-а"!

– З-зачем?..
– не понял Лёшка.

– Ибо принимают они обличья разные, - строго указал перстом в горнюю мудрость Костик, - и ходят среди людей, и отвращают от пути Божия!

– КТО?!
– продолжал тупить Лёшка.

– Демоны, Лёш. И бесы, - успокоила Люда.
– Но ты не бойся, мы люди тихие. Нам же-ж кроме души нетленной ничего не надо. Правда, Костик?
– обернулась она к хозяину каморки и загребуще пошевелила пальцами в его сторону.

– Осеню, ей-богу, осеню!
– нарочито отпрянул тот.

– А-а-а!..
– дошло до Лёшки.
– Так это не он должен бояться, это наш брат водитель от тебя должен шарахаться.

– Да ты-то что!
– отмахнулся Костик.
– Ты машину обратно на колёса поставил, отряхнулся и дальше поехал. А ему знаешь, каких тут люлей навешали!

– А, ну да...
– смутился Лёшка и даже потёр ладонью затылок.
– Данилычу ещё и здесь досталось. Вот, видать, и одичал после того рейса. Мне и то, если бы снова с вами ехать, так Богу свечку поставить хочется.

"Я б молчала, кому чего поставить после ТОГО рейса" - мелькнула мрачная мысль. Появилась и ушла, но настроение испортила. Щемящее чувство потерь, оставшихся за перевалом, моментально захватило Миклуху, передалось Люде и опять, как прошлой ночью, заставило "обняться", словно укутываясь одним большим и тёплым одеялом сочувствия. Окружающий мир на минутку перестал для них существовать, а Людыны ноги, оставленные без присмотра, как бы сами собой донесли её до лежанки. Очнулась она уже сидящей и бездумно пялящейся в большой экран Костикова монитора... пугая парней своим остекленелым взглядом.

– Оййй... накатило шо-то...

Парни переглянулись.

– Люд, тут такое дело...
– начал Лёшка, но под её моментально вскинувшимся взглядом стушевался и опять замолк. Спокойствия это не прибавило. Люду и так сегодня трепало, как флаг на башне, и по любому поводу, а тут ещё тайны и переглядки всякие - ну, говори уже, я выдержу! Но, то ли глаза у неё стали слишком выразительные, то ли ещё что, но бесстрашного водителя "бобика" заклинило полностью. Так что разруливать ситуацию взялся Костик.

– Лёш, иди уже, сами разберёмся, - подтолкнул он того в руку.

Лёшка выдохнул и с виновато опущенными плечами направился к выходу. Только в двери вдруг выпрямился и обернулся:

– Люд, ты только дождись меня, ладно?

– А кх-кудха?..
– только и смогла хрипло выдавить Люда.

– Да - туда и назад! Я быстро!..
– неожиданно весело мотнул он головой и исчез за дверью. Люда секунду смотрела ему вслед, словно надеясь на обещанное быстрое возвращение, а после вопрошающе уставилась на Костика. Тот без слов всё понял.

– Не кипишуй. Просто повестка пришла - явиться с утра пораньше. Но всё равно, он ещё сегодня вернётся. А там, может, и вообще никуда не надо будет.

– А шо сам не сказал?
– буркнула Люда, чтобы хоть что-то сказать.

– Да вы, я погляжу, оба... странные, - уставился Костик коронным очкастым взглядом, который на этот раз не в тему дополняло ехидное выражение лица.
– Когда только успели...

– Так! Я пап-прашу!..
– возмутилась Люда.

– Проси!
– с царственной щедростью разрешил Костик и, видимо, в ожидании челобитной, занялся клацаньем в компьютере. Под влиянием его непрошибаемой уверенности в собственном величии Люда сдулась, потом покраснела, потом успокоилась и сейчас же ощутила внутри, словно блуждающую чуть потерянную улыбку глупого счастья.

– Шо, так заметно?

Костик даже отвечать не стал, только наградил её ещё одним своим коронным взглядом, долженствующим означать безнадёжное состояние "пациентки".

– Ладно...
– смирилась Люда.

– То-то!
– подвёл итог Костя.
– А теперь, мать, рассказывай.

Люда поёрзала на лежанке, покусала губы, тяжко вздохнула и принялась излагать...

Говорила она долго и трудно: то собиралась с мыслями, то зашкаливали чувства, то не хватало слов. А то - Миклухина экспрессия сносила напрочь сознание. Видя её мучения, Костик не перебивал и даже междометий не вставлял. Только когда Люда окончательно замолкла, вконец вымученная болезненными воспоминаниями, он позволили себе краткое ёмкое "ОГО!" и надолго замолк. Обессиленные Люда с Миклухой, опять ушли в "кокон" взаимного утешения и ждали, постепенно приходя в себя.

"МалЕнька... а ты не знаешь, чего мне сегодня так нервно?" - немного очухавшись, Люда решила не терять времени даром.

"Знаю", - без лишних предисловий согласилась Миклуха.

"Война?" - с обречённостью то ли спросила, то ли констатировала Люда по поводу грядущего.

"Да... нет... не совсем..." - уже гораздо менее уверенно попыталась ответить малая.

"Не совсем?.." - сорвалось у Люды с невольной вспышкой надежды. И даже вскользь прослушанная фраза "может, и вообще никуда не надо будет" вдруг приобрела эпическое звучание. Но Миклуха её чаяний не поддержала.