Дверь в ванную открылась, и оттуда вышел сосед. Он переоделся в штаны песочного цвета в стиле милитари, белую майку и черный балахон. Все это безумно ему шло, и я зажмурилась, пытаясь скрыть от самой себя безумные вспышки эмоций.

– Тебе плохо? – тихий вопрос у самого уха и резкий запах мужского геля для душа ударивший в нос заставил распахнуть глаза.

Паша взял свой пистолет и, убрав его в кобуру, спрятанную под балахоном, застегнулся.

– Немного, - сипло ответила я.

Дура. Вот дура.

– Нас ждут, надо спуститься вниз. – Я тебя представлю своей невестой. Потом пойдем погуляем, здесь недалеко есть конный клуб.

– А почему невестой? Просто подруга не катит?

Сосед подошел к дери и не оборачиваясь, ответил:

– У меня не бывает подруг и временных женщин. Либо невеста, либо проститутка. Проститутку в спутницы брать глупо. Он знает, что мне проще пристрелить, чем таскать балласт.

Я, не выдержав, схватила его за руку, прежде, чем открылась дверь. Обернувшись, сосед посмотрел мне в глаза. То есть, я не балласт? А кто? И почему он так изменился в лице и поведении? Не доверяет?

– Ты не доверяешь мне? – поинтересовалась я вслух.

– Если бы не доверял, то поверь, твое тело я бы уже прятал где-нибудь в лесу.

– Почему ты так изменился в лице? – не отставала я, вновь одернув соседа, когда тот попытался выйти из комнаты.

– Марина, я тебя прошу не трогать меня, - одернул он руку. – Соблюдай личное пространство и все будет хорошо.

– Что? – опешила я, но этот козел вышел.

Что, твою мать, с ним произошло? Что за перемены настроения? Он полчаса назад мои ноги целовать готов был, а сейчас даже не смотрит…

Решив кинуть серьезную такую обиду, я стиснула зубы и пошла следом. В небольшой светлой столовой уже был накрыт круглый стол на четыре персоны. Две из них уже ждали нас на своих местах, о чем-то хихикая. Заметив наше приближение, они рассмеялись в голос и, поднявшись из-за стола, пошли навстречу.

– Ну, паучара, рассказывай, что за цыпа?

Если сравнивать братьев, то этот Артем, или как там его зовут, совсем не уродился. Низкорослый, бледный, с огромным горбатым шнобелем и хитрыми крысиными глазками. Фу.

– Моя невеста, Марина, - кинул сосед через плечо и, пожав руку брата, кивнул девице, что так и не оделась.

– Невеста? – отклячила она и без того огромную губу. – Я тоже хочу быть невестой.

– Невесты ебут мозг, а шлюхи доставляют удовольствие, - просиял улыбкой брат соседа и приглашающим жестом отсалютировал мне к столу. – Садись, невеста Паука. Как ты нашла этого говнюка? Он же только и делает, что гасит всех, кого не лень.

– Заглохни, - тихо сказал Паша, когда я присела рядом.

Блондинка заказала суши и теперь они в доставочной открытой коробке лежали на столе. Прикоснуться к этому деликатесу я не решилась. Терпеть не могу рыбу.

Наверное, моя нервная улыбочка стала поводом для следующего подкола:

– А что она молчит? А-а-а, - блондинка артистично постучала по голове кулачком, скосив глаза к носу. – Она, наверное, дурочка, раз повелась на чары твоего братика… Только сумасшедшая может лечь с ним в постель.

– Еще слово, - прошипела я, скомкав салфетку в руках.

Почувствовав, как мою руку сжимает ладонь соседа, я замолчала. Вообще, я никогда не давала себя в обиду. А тут какая-то шмара будет на меня свои кривые зубы скалить…

– Успокойся, малышка, у отсталых всегда такой юморок. Не воспринимай близко к сердцу слова дешевой проститутки.

– Конечно, ты же только дорогими пользуешься, - рассмеялся Артем, жадно поглощая суши. – Мариночка, ты знаешь, сколько бабла он отваливает элитным проституткам?

– Явно побольше, чем ты своей, - пробубнила я, поднимаясь из-за стола.

Вот мне очень интересно, кому и что он отваливает. Ну, я здесь в качестве невесты и мне по легенде положено этим интересоваться, но не разыгрывать же концерт с истериками. Да и вообще, может он до нашей встречи со своими платными развлекался, а как встретил меня, то забыл про них. Я недовольно поджала губы. Размечталась. Мне даже такой мужик не светит. Кому нужна уродина?

Уже у двери, я услышала грохот посуды и обернувшись, увидела, как мой сосед, схватив брата за грудки, притянул к себе через стол.