– ... вшей и блох у тебя теперь нет. Товары смотреть и трогать можно (даже нужно) - но, если что-нибудь украдешь или испортишь, тебя снова посадят, понял? Пачкать ничего нельзя, так что на тюках не спать! Пить можно, напиваться нельзя, а то точно сдохнешь. Пиво и еду будут приносить. Гадить можно только в ведро, его будут менять четыре раза в день. Так что сиди и не вздумай буянить.

– Ладно, ладно!
– лепетал пропойца. Вроде бы язык его заплетался, а ноги чуть подкашивались, и только ли от беспробудного пьянства?

Врач тем временем подвел его к самым дверям и крикнул:

– Барра, Девин! Принимайте заключенного!

Тот же охранник приоткрыл дверь и втащил мужичонку внутрь. Врач отряхнул руки и повернулся к посетителям. Мальчик и Шванк поклонились.

– Ну, слушаю!

– Здравствуйте, мастер Скопас!

– Ты зачем его привел?

– Надо!
– с лукавым упрямством сказал ученик лекаря и тут же наябедничал, - Он хотел влезть в заразную камеру...

– Да, - подтвердил Гебхардт Шванк, - я хотел навестить мастера Пиктора...

– Что-о-о?!
– грозно нахмурился Скопас, - Успел?

– Нет.

– И я не знаю, что теперь делать!
– пожаловался лекаренок, а взрослый лекарь только махнул рукою:

– Хорошо, иди, Коилин! Я сам разберусь.

Ученик лекаря вновь поклонился и быстро ушел. А Скопас интимно подхватил Шванка под локоток - точно так же, как и заключенного-пьяницу.

– Я Вас знаю.

– Да. Меня зовут Гебхардт Шванк. Но здесь этого произнести не могут, так что - просто Шванк! Мы привезли мастера Пиктора.

– Помню. Пойдемте-ка отсюда!

И Скопас, не успел Шванк опомниться, быстро отвел его к лечебнице; там они, как пара заправских философов, стали туда-сюда прогуливаться под зелеными липами.

– Так вот, Просто Шванк! Вы не заразились до сих пор, и я Вас, наверное, отпущу. Вы успели перешагнуть бревно?

– Нет, клянусь! Мальчик меня перехватил.

– Вот и молитесь за него! А то...

– А то - что?!
– тут же окрысился вечно готовый к бою шут.

– Остались бы вместе с этим пьяницей. Вы, жрецы, живете скученно и не слишком-то здоровы из-за своей воздержанности. А мы, лекари Коса, прямо-таки помешаны на заразе.

– Вы бы что со мной сделали?

– Да не торопитесь Вы! Видели этого мужика, Просто Шванк?

– Ничего интересного, мастер Тарантул!

– Ого, так вот Вы как! Ничего интересного, говорите? Так вот, этот дохляк был неделю назад приговорен к повешению.

– И что же?

– Не торопитесь! Купцы привозят к нам товары со всего света. В городе полно бедняков, что живут куда хуже, чем ваши рабы. Если там вспыхнет болезнь, а они легко заболевают и умирают, то зараза расползется повсюду и уйдет за пределы города... Так вот, купцы на неделю запирают свои новые привозные товары на складах, их там окуривают... Если есть хоть какие-то сомнения, то вместе с товарами запирают приговоренного преступника или негодного раба, и больше никто туда не входит. Если он заболеет или умрет, склад окурят серой, товары сожгут, а их хозяину заплатят компенсацию. Приказчик и охранники будут сидеть в заключении, пока не заболеют или пока не пройдет уже сорок дней, а не неделя.

– А если преступник выживет?

– Так почти всегда и бывает... Градоначальник помилует его и отпустит из города. Шванк, наш ученик привел Вас сюда, чтобы... э-э...

– Напугать?

– Впечатлить. Если бы Вы проникли к Пиктору, я оставил бы в заключении и Вас.

– Понял, Скопас, понял... На самом-то деле я хотел переговорить с Вами, узнать, что будет с Пиктором? Вы ведь не пропустили даже Эомера...

– Что сказать? Ему очень плохо, ему угрожает тление, и мы лечим его пока льдом и солью. Если сердце выдержит, то созреет гнойник, и я его вскрою. Я сделал ему разрезы от стопы до паха, теперь сукровица вытекает, и ему не так больно. Но он сейчас очень, очень заразен.

– А он говорит, что удерживает ее?

– Да. А кого это?

– Демона смерти.

Врач молниеносно удивился:

– Так это не бред?

– Нет. Мы видели ее.

– Ее?

– Демона безумной смерти. Пожирательницу Плоти.

– Что ж... Тем лучше. Значит, сознание у него ясное.

– Скопас, передайте ему... Впрочем, нет. Как Вы думаете, ему будет лучше, если он отпустит демона? Или если и дальше будет его держать?

– Не знаю, Шванк...

– Скажите ему, что я ему помогу держать, я возьму ее на себя, если он устанет, ладно?

– Конечно, скажу.

– А Вы верите в демонов или богов?

– Нет. Нас касаются те из них, кого создаем мы сами. А так - живем мы, живут и они... Я передам - Вам и Эомеру - когда созреет гнойник. Расскажу, что мы сделали. Но, даже если повезет, он всю жизнь будет хромать, нога иссохнет... но, Шванк, в опасности не только он! Следите за собой, пожалуйста! И за тем Вашим другом, который задыхался. Он здоров сейчас?

– Я не знаю, он кается.

– Будьте осторожны. Кушайте, отдыхайте, гуляйте хотя бы Вы!