– Данила Александрович, вы любите, когда втроем? – неожиданно спросил Крампе.

Я поперхнулась. Это он о чем сейчас?

– Непременно. Троица, знаете ли, одобрена во многих религиях мира. Особенно если речь идет о святых.

Громко и противно засигналила машина. Городовой резко вскинул руку, пространство вокруг вздрогнуло, донесся скрип тормозов. Медлительный пешеход, едва не попавший под колеса, почти бегом кинулся к тротуару. Водитель ругнулся нецензурным оборотом и поехал дальше. Ух ты. Пешеход прошел мимо Городового, словно того и не было. Ну да, все верно. Он никогда и не догадается, кому обязан жизнью.

– Спасибо, мне и одного выше крыши, – поморщился Гюнтер. – А с вашей троицей разбирайтесь сами.

Городовой тихо рассмеялся. А смех-то приятный. Я тут же одернула себя. Этого еще не хватало! Никаких восторгов Городовым, выходящих за рамки уважения и восхищения его силой и способностями по части управления городом.

– Если София согласится, действуйте, герр Крампе, – резко посерьезнел он. – Мое согласие у вас есть. Но вы знаете, на каких условиях.

Гюнтер не менее серьезно кивнул:

– Благодарю.

Вышло сухо и коротко, но я вдруг поняла, что большего и не надо. Они друг друга поняли. Алебастровый лев удовлетворенно рыкнул и поднялся на лапы. Посмотрел на Городового, будто задавая немой вопрос. Тот положил руку на его голову, зарываясь пальцами в белую гриву. От Гюнтера уже и след простыл.

«Я на тебя рассчитываю, – вдруг прозвучал в голове низкий глубокий голос Городового. – Не подведи меня».

Я шумно выдохнула, чувствуя, как карниз под ногами тает, а перед глазами вновь появляется зеркало на двери в нашей квартире.

Славка выскочила с кухни, оценив обстановку, сложила руки на груди и вопросительно на меня посмотрела. Будучи мне подругой столько лет, она прекрасно знала о моем даре, как и то, что путешествие по Зеркалью – вещь коварная. Обычно когда прыгаешь туда из реальности, то здесь время останавливается. В настоящем и отзеркаленном мире время стоит. В потустороннем и зеркальном – движется. При этом по одному ему понятным законам.

– Что у нас нового? – поинтересовалась она. – Ни на секунду тебя нельзя оставить.

– Вот и не оставляла бы, – буркнула я, направляясь на кухню.

Славка только фыркнула и последовала за мной. Я быстро пересказала ей увиденное. Подруга задумалась, анализируя информацию. При этом, правда, весьма бодро расправляясь с пирогом. Мне же после ужина с Гюнтером есть уже не хотелось. Поэтому только и оставалось, что сжимать ладонями кружку с горячим глинтвейном и бездумно смотреть в окно.

– Какая-то глупость, – наконец-то подала голос Славка. – Про Городового, допустим, мы слышали. Даже если он и замешан, то зачем ему простая зеркальщица?

Я пожала плечами:

– Не знаю. Все похоже на какую-то комедию.

– Только печальную. И даже если… – Она замолчала. – Ты что, в Германию намылилась?

Я сделала вид, что увлечена разглядыванием глинтвейна. Глубоко вдохнув, снова не осмелилась ничего сказать. Знаю, со стороны все выглядит невероятно глупо. Куда ехать-то? Загранпаспорта нет, за рубежом бывать не приходилось. На английском языке худо-бедно изъяснюсь, а вот по-немецки… Кое-что знаю, но этого слишком мало, чтобы вести полноценный диалог.

В квартиру неожиданно позвонили. Мы со Славкой встрепенулись и переглянулись.

– Ты кого-то ждешь?

Подруга замотала головой. Странно. Я вроде как тоже никого не зазывала. Не люблю визиты чужих на ночь глядя, а своих… а свои в такое время по гостям не ходят.

Звонок повторился.

Я решила, что надо хотя бы посмотреть: вдруг соседка снизу? Она порой может прибежать за сахаром. Но, увидев в глазок нежданного гостя, я настолько озадачилась, что открыла сразу. При этом только отметив, что все действия как-то пролетели мимо моего сознания.

Славка тут же появилась в коридоре. Хотела, видимо, что-то спросить, но, завидев вошедшего, потеряла дар речи.

Гюнтер же как ни в чем не бывало, будто захаживал к нам постоянно, вежливо поздоровался и невинно улыбнулся.

– Как вы меня нашли? – спросила я, защелкивая замок. – И как…

– …я тут оказался, – продолжил Гюнтер. – Поверьте, София, это было не так сложно. Простите за такую бесцеремонность, но обстоятельства изменились.

Я бросила на Славку быстрый взгляд и нахмурилась. Вступление мне совсем не понравилось.