— Эй, Джек!

Он был у меня за спиной. Я стремительно развернулась всем телом, нажимая на курок… Лейтем!

Маньяк держал его перед собой, прикрываясь, как щитом, и уткнув дуло пистолета ему в челюсть. Рот у Лейтема был заклеен липкой лентой.

Каким-то чудом мне удалось, дернув рукой, изменить направление выстрела, и пуля просвистела у них над головами.

— Брось пушку. Быстро, не то ему конец!

Лицо Лейтема выражало полнейшую панику, глаза неправдоподобно округлились, а из горла сквозь кляп вырывалось мычание.

Я разжала пальцы.

— Умница, девочка. А теперь — встать.

С трудом, опираясь на диван, я вытолкнула себя в стоячее положение. Моя больная нога так сильно дрожала, что едва меня держала.

— Телефон. Убери его.

Я полезла рукой в карман. Слышала ли моя охрана выстрелы? Едва ли. Они находились за целый квартал отсюда.

— Что с твоим лицом, Чарлз? Порезался, когда брился?

— Какая бравада в безнадежной ситуации! Ведешь себя геройски до конца. Но как тебе понравится вот это, герой?

Он подтолкнул заложника перед собой, тыча в него сзади пистолетом. Я беспомощно наблюдала, как он дважды выстрелил Лейтему в спину.

Тот неуклюже упал вперед, голова ударилась об пол и подпрыгнула. Потом он затих.

— Будут еще остроумные комментарии?

Я, хромая, ринулась было к лежащему Лейтему, но убийца подскочил и пнул меня в больную ногу. Взвыв, я шлепнулась на ковер.

— Ну что, теперь я завладел твоим вниманием, Джек?

Он еще раз пнул меня, на сей раз в голову.

— Выходит, что трус дает тебе пинка. Возможно, мамочку будешь звать как раз ты. Не это ли ты заявила про меня в новостях?

Я попыталась сфокусироваться, найти глазами то место, куда бросила свой пистолет. Он проследил за моим взглядом и подобрал оружие.

— Ты ведь знаешь, зачем я это сказала. — Голова моя плыла, нога горела как в огне.

— Естественно. Чтобы выманить меня за собой. Ты должна радоваться. Твой план сработал.

Зазвонил мой сотовый. Никто из нас не шелохнулся.

— Это моя группа охраны, с проверкой.

— Поговори с ними непринужденно, без лишних слов. Вы готовите обед. Все идет прекрасно. Одно неверное слово…

Он ткнул ствол своего пистолета в мою окровавленную штанину и надавил. Чтобы не закричать, я закусила щеку с внутренней стороны.

— Сделай все как надо.

— Хочешь, чтобы они услышали мой крик? — сквозь зубы прошипела я.

Он ослабил нажим, и я, прежде чем ответить на звонок, глубоко втянула в себя воздух.

— Да?

— С вами все нормально, лейтенант? Мы слышали что-то вроде выстрелов.

— У нас все прекрасно. Как раз стряпаем обед. Все в лучшем виде.

«В лучшем виде» было условным кодом. Через минуту они будут здесь и спасут меня, если только я доживу до этого времени.

— Мы просто хотели удостовериться.

Мой коп дал отбой. Не может быть, чтобы они забыли кодовые слова.

— Молодец, Джек. А теперь мы отправимся на небольшую прогулку. Где твоя охрана?

— В квартале отсюда. На Ливит-стрит.

— О'кей. Мы проедем задним проулком. Мой грузовик стоит как раз там. Поднимайся.

Я неловко пыталась принять стоячее положение, перенеся вес тела целиком на здоровую ногу. Он сгреб в горсть, закрутил вокруг руки мои волосы и рванул вверх. Потом притянул мою голову к своему лицу. Я почувствовала на своей шее его смрадное дыхание: запах скисшего молока и тухлого мяса.

— Скоро нам предстоит познакомиться друг с другом поближе, Джек. Так близко, как только могут мужчина и женщина. Мы даже снимем небольшой фильм.

И он лизнул меня в ухо. Я испытала такое омерзение, что инстинктивно отдернулась в сторону, выдрав при этом какое-то количество своих волос.

— О, это будет совсем не так плохо. Я сделаю тебя знаменитой, лейтенант. Наше видео появится на каждом телеканале в Америке. Правда, им придется вырезать непристойные места.

Опять зазвонил мой сотовый. Это был сигнал. Я бросилась на пол и прикрыла голову руками — как раз в тот момент, когда дверь с треском распахнулась.

Револьверные выстрелы. Звон разлетающегося стекла. Стоны. Один из моих парней упал на пол в дверях, а Чарлз дал деру через кухню.

Я кое-как, ползком, поскорее подтянула себя к Лейтему и стала проверять пульс.