– Так нашли они что-нибудь или нет? – не выдержал Темняк.

– В том-то и дело, что нашли! Причем прямо у нас на глазах. Вижу, собрались в кучу и радостно лопочут. Я надежных ребят к ним подослал. Дескать, дайте глянуть. Те ни в какую, находку сразу спрятали. Тогда мы к ним с претензией. А кто за кисель будет расплачиваться? Драка, само собой, завязалась. Но без кровопролития. В драке мы эту штуковину и отбили.

– Зря. Не надо было шум поднимать, – сказал Темняк, принимая из рук Дряка закопченную продолговатую пластинку, возможно, отломанную от края Щита.

Плюнув на пластинку, он протер её рукавом, и на гладкой поверхности проступили непонятные знаки, процарапанные каким-то острым предметом.

– Закорючки, крестики, кружочки, – пробормотал Темняк, поворачивая странную находку и так и сяк.

– Подожди, подожди, – Дряк присмотрелся повнимательней. – Если память меня не подводит, это условные значки, которыми пользуются Свечи.

– Прочесть сможешь?

– Да ты что! Их даже не все Свечи понимают. Просто не знаю, что тебе и посоветовать.

– Вот и хорошо, что не знаешь. Значит, обойдемся без пустословия… Если дело уже приобрело огласку, придётся идти на поклон к Свечам. Хочешь не хочешь, а придётся.

Люди Темняка выследили Свиста под вечер, когда тот по каким-то своим делам отправился в сторону улицы Иголок. Не успев дойти даже до конца Гробов, он нос к носу столкнулся со своим бывшим командиром.

– Вот так встреча! – Темняк сделал большие глаза.

– Действительно! – в тон ему ответил Свист. – Чтобы перехватить меня здесь, тебе пришлось описать немалый крюк.

– Что не сделаешь ради хорошего человека! Есть разговор без свидетелей, – напрямик заявил Темняк.

– Тогда давай присядем, – предложил Свист. – Рядком, как в прошлый раз.

– Стоя быстрее будет. На рынке сидя не торгуются.

– А нам предстоит торговаться?

– Вроде того… У меня есть одна вещь, но я не знаю, что с ней делать. У тебя этой вещи нет, но ты, надеюсь, знаешь, что с ней делать.

– Если у тебя выскочил чирей на одном месте, то следует обратиться к Бальзамам, а не ко мне, – хладнокровно ответил Свист.

– Очень смешно. Придётся мне показать свой товар. Но только не лицом, а изнанкой, – Темняк продемонстрировал Свисту тыльную сторону пластинки.

– Я хламом не интересуюсь, – всё поведение Свиста свидетельствовало о том, что он торопится. – Это по части Иголок. Если хочешь, пойдем вместе. Мне как раз в ту сторону.

– Завидую твоей выдержке, – сказал Темняк, шагая в ногу со Свистом. – Впрочем, другой реакции я и не ожидал. Заинтересовавшись этой вещицей, ты выдал бы свою причастность к похищению воздушного шара.

– Честно сказать, я не совсем понимаю, о чём ты сейчас говоришь.

– Вот об этом самом, – Темняк вновь показал пластинку, но уже с таким расчетом, чтобы Свист заметил изображенные на ней знаки.

– Ты получил письмо?

– Нет, оно попало ко мне совершенно случайно.

– Хочешь, узнать его содержание?

– Пока речь не о том… Не догадываешься, откуда оно взялось?

– Скорее всего, это что-то связанное с твоими упорными попытками покинуть Острог.

– Верно. Эту вещичку нашли на месте падения шара. Да ты, кстати, и сам всё видел.

– Нет, я ушел, не дождавшись конца.

– Почему? Случайные зеваки просто млели от восторга.

– Жалкое зрелище. Я сразу потерял к нему интерес. При помощи мешка, надутого горячим воздухом, Хозяев не одолеть. Нам, Свечам, подобные фокусы давно известны.

– Ты многое потерял. Кто-то одурачил нас, захватив шар.

– Кому это могло понадобиться?

– Сам не знаю. Но этот негодяй делал в полете какие-то заметки. Между прочим, на языке Свечей.

– Чуть что – сразу Свечи виноваты… Кстати сказать, большинству из них глубоко наплевать на все твои хлопоты.

– А на твои?

– На мои тоже.

– Ладно… Что это значит? – прикрыв пластинку ладонью, Темняк показал Свисту заглавный знак.

– «Свет», – ответил тот, мельком глянув на пластинку.

– А это? – На сей раз вопрос касался заключительного знака.

– Это ничего не значит. Знак не дописан. Возможно, он должен означать «твердь», а возможно, «неуязвимость». Не мучайся, покажи всю надпись целиком.

– Вряд ли я выиграю от этого. Скорее наоборот. Тебе достанется истина, а мне лишь её толкование, выгодное для тебя.