Темняк уже догадывался, куда именно его направляют, но никак не мог взять себе в толк – почему расправа над такой мелкой сошкой, как он, требует столько хлопот. Сунули бы мордой в «глину» – и делу конец. Как говорится, привет родителям.

Неужели вскрылись прежние проделки на Бойле? И даже в этом случае интерес, проявляемый к нему Хозяевами, казался чрезмерным. Не будут же они его, в самом деле, допрашивать. Даже в сравнительно гуманном человеческом обществе взбесившихся собак просто пристреливают. Без суда и следствия. Ну разве что потом возьмут кусочек мозга для исследования… Или Хозяева уже научились понимать людей, а заодно и развязывать им языки?

Как бы то ни было, но скоро всё станет ясно. Во всяком случае, следует готовиться к худшему.

Однако, когда подъём наконец-то завершился, в стерильно чистом и неизъяснимо прекрасном коридоре его встретило не какое-нибудь механическое чудище и даже не грубые тюремщики, а очаровательная девица, одетая более чем фривольно.

Надо сказать, что женщины Острога никогда не отличались излишней строгостью нравов, но такие наряды считались чересчур откровенными даже в их среде.

Неизвестно, кого она ожидала встретить, но вид Темняка заставил девицу содрогнуться от плохо скрываемой брезгливости. Впрочем, она быстро овладела собой и сделала приглашающий жест – входи, мол. Симпатичные привратницы сторожили хоромы Хозяев, ничего не скажешь.

Окружающий интерьер имел весьма распространенный на верхотуре иллюзорный характер. Источник мягкого, приглушенного света оставался вне поля зрения, стены давали о себе знать лишь легкой сиреневой дымкой, а шел Темняк вообще в пустоте, доверяя больше своим подошвам, чем глазам.

Для верности он положил руку на плечо спутницы (хорошее было плечо – в меру хрупкое, в меру гладкое, в меру смуглое и не в меру оголенное). Та вздрогнула, но стерпела.

– Как тебя зовут? – приличия ради поинтересовался Темняк.

– Зурка, – сдержанно ответила девица.

– Давно здесь?

– С детства.

– Домой не тянет?

– Глядя на таких, как ты, ни в коем разе, – оказывается, она умела и дерзить.

Людей, переметнувшихся на сторону врагов рода человеческого (а Хозяева вполне попадали под это определение), Темняк ни во что не ставил. Даже если они и принадлежали к женскому полу. Поэтому он взял девицу за ушко – взял черной от грязи, ороговевшей от мозолей клешней – и наставительно произнес:

– Не строй из себя небесное создание. Ты здесь комнатная шавка, пусть даже смысл этих слов непонятен тебе. Истинные люди внизу, на улицах, а не в покоях Хозяев.

– Что ты себе позволяешь, дикарь! – возмутилась она. – Тебе за это не поздоровится.

– А я и так не жду для себя ничего хорошего. Отвечай, чего ради меня сюда доставили? – Он потянул за ушко посильнее.

– Я не знаю! – взвизгнула девица. – Моё занятие – встречать всех прибывающих. И только!

– Тогда хотя бы объясни, где я сейчас нахожусь. Что это – суд, застенок, постоялый двор?

– Я не понимаю, о чем ты говоришь. Здесь обитает наш Хозяин. Он долгое время отсутствовал, и поговаривают, что не по своей воле. А вернувшись и восстановившись в правах, сразу стал разыскивать какого-то человека. Похоже, что это ты и есть.

Ситуация начала проясняться. Более того, меняться в лучшую сторону. Из парии, отягощенного всеми мыслимыми грехами, Темняк единым духом превратился в долгожданного гостя. Жизнь замечательна ещё и тем, что иногда из грязи сама возносит тебя в князи.

– А вот это уже любопытно, – он по-свойски похлопал девицу по филейным местам. – Вполне возможно, что мы с твоим Хозяином душевные приятели. Поэтому рекомендую относиться ко мне более благосклонно. Не исключено даже, что в самое ближайшее время тебе понадобится мое покровительство.

– Так не бывает, чтобы Хозяева дружили с людьми, – возразила Зурка, однако уже совсем другим тоном. – Сомневаюсь даже, что ты с ним вообще встречался.

– Мало того, что встречался, я, можно сказать, спас его от позорной смерти. Он мне теперь по гроб жизни обязан.

– Особо-то не радуйся, – увлекая за собой Темняка, девица резко свернула в сторону. – Хозяева добро не помнят. В отличие, скажем, от зла.

– Ты уверена?

– Так все говорят.

– Зачем же тогда он искал меня?

– Не знаю. Скоро сам всё узнаешь.

Девица ввела его в помещение, внешне напоминавшее мыльный пузырь – огромный, переливчатый мыльный пузырь. Примерно половину его объема занимала вода. Не жидкая грязь, не ржавая жижа, не рассол, не патока, а чистая прозрачная вода, по которой Темняк успел порядком соскучиться.