Скрежет зубов слился с потрескиванием огня, и Арес пронзил ее таким яростным взглядом, что девушка отшатнулась.

— Расскажи мне о человеке, которого ты убила. Ты сделала это не нарочно?

Ух ты! Пожалуй, в деликатности он мог бы сравниться с танком.

— Д-да.

— Ты защищалась?

Ее сердце беспорядочно колотилось.

— Да.

— Тогда перестань наказывать себя и всех тех, кто делает то, что вынужден сделать.

Ему легко говорить. У него были тысячелетия на то, чтобы прекратить наказывать себя. Если он вообще когда-нибудь это делал.

— Сколько человек убил ты?

— Десятки тысяч. И это не всегда была самозащита. — Он смотрел на нее так, что она не могла отвести глаз, даже попятившись и споткнувшись. — Разумеется, ты в шоке. Я воин, Кара. Так что будь последовательна и смотри на меня с презрением. Но ты возблагодаришь бога за то, что я рядом, когда за дверью окажется оборотень. Потому что я убью его и никогда об этом не пожалею. Можешь устраиваться поудобнее и приходить в ужас сколько угодно, но, по крайней мере, ты останешься жива, и твоя совесть будет чиста. И всё это благодаря мне.

Он отвернулся, но Кара схватила его за затянутый в броню локоть. Кожа доспехов оказалась на удивление мягкой, и девушка удивилась, как такая броня может его защитить.

— Постой!

Его тело напряглось.

— Я живу, чтобы служить, — сказал Всадник с сарказмом, и, Господь Всемогущий, именно так и было, разве нет? Никто никогда не относился к нему не как к воину, так разве мог он воспринимать себя иначе?

— Ты прав, — призналась Кара. — И я благодарна за то, что ты для меня делаешь. Я не собираюсь тебя судить, но вижу в тебе нечто большее, чем безжалостного убийцу.

— Рад за тебя, — съязвил Арес. — Но ты ошибаешься. Я не могу позволить себе быть кем-то другим.

Из-за того, что он сам верил в то, что говорил, ее сердце обливалось кровью.

— Нет, можешь!

Всадник рассмеялся, как будто она только что сморозила невероятную глупость.

— И ты собираешься учить меня жизни? Черт возьми, что может человек, живущий

не дольше комара, знать о демоне, которому пять тысяч лет?

— Да что с тобой? — раздраженно взглянула на него Кара. — Почему ты так презираешь людей?

— Они умирают, — злобно процедил он. — Ты к ним привязываешься, а потом они умирают. Вот что будет с тобой, Кара. Ты умрешь, и я… — Он захлопнул рот так резко, что Кара даже услышала, как клацнули зубы.

— Ты — что? — выговорила она с трудом, не зная, что хочет услышать.

Арес не смотрел на нее.

— Перейду на сторону зла.

Его ответ почему-то взбесил Кару. Она хотела услышать, что он будет грустить? Смешно. Но… ладно, да, ей хотелось именно этого. Хотелось, чтобы хоть кто-то грустил, когда она умрет. Метка на груди ответила на вспышку гнева жжением. Арес снова отвернулся, но, дьявол, нет уж, она еще не закончила.

Сгоряча девушка толкнула его. Резко. Прямо в стену.

— У тебя не выйдет уйти от меня вот так. Попробуй только сделать это еще раз. Мы говорим о моей жизни. Я не хрупкий цветочек и не ребенок. Я женщина без семьи, застрявшая в чужом мире, и пусть даже тебе придется делать вид, что тебе не всё равно, жива я или мертва, я хочу именно этого. И если я хочу заняться сексом, не тебе говорить, что я с этим не справлюсь. И…

— Кара…

— …как ты смеешь принижать мой жизненный опыт…

— Кара…

— Чего?

Арес молча уставился на нее. Девушка медленно повернула голову и жарко покраснела, увидев, что Лимос и Тан смотрят на нее широко раскрытыми глазами.

— Кара?

Застонав, она снова повернулась к Аресу, только сейчас осознав весь смысл своей тирады. Он взглядом указал вниз. Она посмотрела. Ноги Ареса не касались земли. Кара ахнула, подняла глаза… обалдеть, она прижала его к стене и держала над полом. Разжав пальцы, девушка отскочила назад, и он свалился к ее ногам.

— Видимо, агимортус и правда придает тебе сил. — В его словах определенно слышалось мрачное одобрение.

— Не понимаю. Ты же говорил, что он убивает меня.

— Так и есть. Но в то же время ты используешь силу Хэла. — На какое-то мгновение повисла тишина. — И мою.

Девушка нахмурилась.

— Твою?

В его голосе послышались нотки смирения, которых она не поняла.

— Когда я рядом с тобой, это высасывает из меня силы. Вот почему мои доспехи ослабли. И вот почему я ни хрена не чувствую, когда ты рядом. — Арес подошел к ней и положил руки ей на плечи. — И вот откуда у меня чувства, которых быть не должно.