Хотя, наверное, в большинстве случаев уйти он мог, но откровенно не хотел.

Пол оценивающе взглянул на Фельштедта: тот напоминал лейтенанта Винсента Маниелли. Молодой, мускулистый, он явно предпочитал слово делу. Шуман перенес вес на носки, нашел точку опоры и нанес хук справа, почти незаметно ударив Фельштедта под дых.

Тот отпрянул, раскрыл рот, жадно глотая воздух, и застучал себя по груди, словно потерял сердце.

– Ты, свинья! – визгливо выкрикнул другой штурмовик и потянулся за пистолетом.

Рывок вперед – Пол схватил его за правую руку, столкнул ее с кобуры и левым прямым ударил по лицу. В боксе нет ничего болезненней мощного удара в нос. Хрящ треснул, кровь хлынула на светло-коричневую форму, штурмовик жалобно взвыл и, обливаясь слезами, попятился к стене.

Хуго Фельштедт уже упал на колени и потерял интерес к своему сердцу: теперь он давился рвотой, сложившись пополам.

Третий штурмовик потянулся за пистолетом.

Пол двинулся к нему, стиснув кулаки, и негромко предупредил:

– Не смей!

Коричневорубашечник рванул прочь и понесся по улице с воплями:

– Я помощь приведу! Я помощь приведу!

Из магазина вышел четвертый штурмовик. Пол направился к нему, но тот закричал:

– Не трогай меня! Пожалуйста, не трогай!

Не сводя со штурмовика глаз, Пол опустился на колени, открыл портфель и начал перебирать бумаги в поисках пистолета.

На мгновение Шуман опустил взгляд, а штурмовик схватил осколки оконного стекла и швырнул в него. Пол пригнулся, но штурмовик бросился на него и ударил кастетом по щеке. Оглушенный, Шуман навзничь упал в заросший сорняками садик у магазина. Штурмовик наскочил на него, и они сцепились. Ни силой, ни умением драться коричневорубашечник не блистал, и через секунду Пол поднялся на ноги. Обозленный тем, что его застигли врасплох, он резко вывернул запястье обидчика и услышал треск.

– Ох! – прошелестел штурмовик, осел на асфальт и потерял сознание.

Фельштедт перекатился в положение сидя и вытер лицо, очистив его от рвоты.

Пол вытащил пистолет из его поясной кобуры и зашвырнул на крышу невысокого здания, стоявшего неподалеку.

– Бегите отсюда, скорее! – повернулся он к продавцу книг и женщине.

Пострадавшие молча смотрели на него.

– Ну, бегите! – нетерпеливо шепнул Пол.

В конце улицы раздался свист. Кто-то закричал.

– Бегите же!

Продавец снова вытер рот и в последний раз посмотрел на разбитый магазин. Женщина обняла его за плечи, и они поспешили прочь.

Шуман глянул на противоположный конец Розенталерштрассе: к ним спешило с полдюжины коричневорубашечников.

– Еврейская свинья! – пробормотал штурмовик со сломанным носом. – Ну, тебе крышка!

Пол схватил портфель, затолкал в него рассыпавшиеся бумаги и рванул в соседний переулок. Оглянулся – следом бежала целая ватага здоровяков. Черт подери, откуда они взялись? Из переулка Пол выскочил на улицу, где стояли жилые дома, рядом ручные тележки, кроме того, запущенного вида рестораны и магазины с аляповатыми вывесками. Пол оглядел шумную улицу.

Вон торговец поношенной одеждой… Пол выбрал момент и, когда торговец отвернулся, сорвал с кронштейна с мужскими вещами темно-зеленый пиджак, свернул его и поспешил в другой переулок, чтобы надеть.

За спиной закричали:

– Вон он! Это ведь он?.. Эй ты, остановись!

Слева на него показывали еще трое штурмовиков. Весть о случившемся у книжного магазина явно передавалась из уст в уста. Пол поспешил в проулок, длиннее и темнее первого. За спиной снова раздались крики. Потом грянул выстрел. Щелк – это пуля ударилась о кирпичную стену, неподалеку от его головы. Он оглянулся. К погоне присоединились еще трое или четверо в форме.

«В этой стране слишком много людей побежит лишь потому, что бежишь ты…»

Пол плюнул на стену и с трудом набрал воздуха в легкие. Секунду спустя он рванул из переулка на улицу куда оживленнее первой. Сделал глубокий вдох и растворился в толпе отправившихся в субботу по магазинам. Окинул улицу внимательным взглядом: от нее ответвлялись три или четыре проулка.

Который выбрать?

Судя по воплям за спиной, штурмовики уже свернули на эту улицу. Мешкать Пол не мог и выбрал ближайший к себе проулок.

Он прогадал! Проулок упирался в пять или шесть дверей, все как одна закрытых.

Шуман побежал обратно, но остановился. Теперь дюжина коричневорубашечников прочесывала толпу, постепенно приближаясь к тупиковому проулку. Большинство штурмовиков держали в руках пистолеты. Сопровождали их мальчишки, одетые так же, как юнцы с флагом, которых Шуман накануне встретил в Олимпийской деревне.

Успокоив дыхание, Пол плотно прижался к кирпичной стене.

«Ерунда полная!» – зло подумал он.