– Цвет лучше всего выбрать немаркий, – робко заметил я.

– Игры в куклы и одевашки-примеряшки – девчачья забава! – назидательно заметила ЧБ. – Ты лучше над именем срочно думай. Срочно! В течение пяти минут ребенок должен обрести имя, Рос! Если хочешь, я могу помочь с выбором.

– Нет уж! – вздрогнул я всем телом. – Нет! Если Кира узнает, что ты дала моей дочери имя…

– Так переживаешь, будто вы в реале бок о бок живете и с одной сковороды тефтели кушаете, – фыркнула Черная Баронесса, бросив на меня косой взгляд.

– Что ты, что ты! – я в испуге схватился за сердце и дурашливо запрокинул голову. – Сказала, будто смерти пожелала! Кстати…

– Что?

– А вы сами из какой страны будете? – прищурился я с нарочитым подозрением, и поджав для пущего эффекта губы. – Ой, не нашенские вы, не нашенские… словечки твои интересные и выражения. В прошлый раз, когда мы готовились в Запределье портануться, ты братишке кричала: «Орбит! Матерь Божья!» А наши люди так не кричат. Ну или очень редко кричат. А теперь что-то про тефтели с одной сковороды… мы люди простые, мы яишенку там, картошечку жареную уважаем. А тефтели… редко, очень редко…

– Очень даже кричат и тефтели жарят! Тоже мне Шерлок Холмс Вальдирский, разоблачивший профессоршу Мориарти! Не хочешь говорить – не рассказывай.

– Ты только Шепота ко мне домой в реал не посылай, пожалуйста, – истово попросил я от всего сердца. – Если я внезапно кладовку открою в поисках альпийских лыж и узрю там прикинутого под ниндзю мужика, подъедающего баклажанное варенье… тут мое сердце и кончится. Так что очень прошу.

– От жадности сердце лопнет? Варенья пожалел?

– Да нет, просто он ведь жадно жрать будет и варенье начнет капать на полированные молочным шоколадом альпийские лыжи, подаренные моим закадычным другом месье Жёнопарле Африкано, что живет на соседнем снежном пике!

– Вот только не надо прикидываться швейцарцем! Ты русский на все сто!

– Особо и не скрывал, – пожал я плечами.

А что скрывать? Россия огромна! Иди поищи!

Но любая страна становится крохотной, если потенциальный недруг знает твой адрес. Мой адрес пока не знает никто, кроме родичей, близких и охранников. Учитывая доверие моего отца к охране, можно смело делать вывод – эти волкодавы, что стерегут мой и Киры покой, настолько круты, что могут согнуть дуло танка в бублик, обмакнуть его в машинное масло вместо сиропа и сожрать с аппетитным хрумканьем. Так что я оставался спокоен и продолжил лучезарно улыбаться, одновременно поинтересовавшись мимоходом:

– Меня в реале уже ищете, бессонные товарищи?

– А ты как думаешь? – прищурилась ЧБ.

– Ищете меня сердешного, еще как ищете, – кивнул я. – Что тут думать? Ну-ну, спасибо за честность.

– Чем дальше в лес, тем сильнее надо махать мачете, Рос.

– Это типа ты меня туманно пугаешь?

– Наоборот. Просвещаю. Чем дальше в лес – тем плотнее деревья, тем гуще и толще лианы. Это я в том смысле, что лианы и деревья – лишнее вранье, закрывающее обзор и заставляющее запутаться. И отнимающее время. Поэтому пора уже нам с тобой выйти из этого леса в чистое поле и обговорить все напрямую.

– Фига себе ты выразилась, – сглотнул я невольно. – У меня мозг чуть не вывихнуло. Но суть понял. Самому надоело уже брыкаться и брызгать язвительной кислотой.

– Вот и отлично. Давай-ка по порядку, Рос, раз уж мы так удачно тут собрались. О, а вот и боевая гвардия мастеров кройки и шитья. Отправляю милаху твою на примерку. Вон к той румяной тете в сером платье… хотя я сама отведу, ты, главное, разреши.

– Милая, – наклонился я к дочери. – Иди вон к той тете. Она тебе приготовила много разных и красивых нарядов.

– Наряды!

О, ребенка явно заинтересовала тема, и она мгновенно рванула в указанном направлении, потащив за собой Черную Баронессу. Я же налил себе вина – твою мать! Я стал цифровым алкоголиком! Ни часа без бокала вина! Охая над своей горькой судьбой – стресс всему виной! – я поудобней устроился на изящном стуле и опустил ноги на столешницу резного красного дерева. А чем мы хуже лысых эльфов и косматых мамонтов?

Долго ждать не пришлось. Глава Неспящих отдала несколько распоряжений, и моей дочуркой занялось до десятка мастеров сразу, причем командовала среди них та самая «румяная тетя в сером платье», и командовала хоть и тихо, но ее указания выполнялись молниеносно. Чем-то она мне одну недавнюю знакомую напоминала…

Китайские шелковые ширмы сомкнулись, как солдаты плечами в парадном строю. Взлетели в воздух разноцветные полотнища искрящейся материи, сапожник с седой бородкой лихо раскатал рулон с инструментарием по ближайшему столу, пренебрежительно отодвинув в сторону дорогущую вазу из синеватого хрусталя.

Баронесса уселась напротив, закинула ногу на ногу, отхлебнула розоватого вина и поморщилась:

– Я слишком много пью.

– Вот! – аж подпрыгнул я. – Только что сам об этом думал! Литрами вино хлещу! С утра пораньше…