— Уходим! — закричала Психошай, прыгая в дверной проем. Стигиус схватил оцепеневшую Ксанти, уводя её прочь, но Грейвс не стала убегать. Она сгребла Антирадины под треск, доносившийся изо рта гуля.

— Меня! — прокричала я, пытаясь стать между ним и кладовой. Мне нужно было еще всего лишь несколько секунд. Еще чуточку…

Вместо этого в меня ткнулась огромная охапка Антирадинов, переданная улыбающимся гулем, смотревшим мне в глаза эти две ужасные секунды.

Затем она исчезла в пылающем синем потоке, поглотившем кладовую.

— Нет! — завопила я, обрушивая приклад дробовика на голову горящего монстра. Фиолетовое свечение подобрало оранжевые пакетики, прежде чем мы раздавили бы их, но я едва ли обращала внимание. Грейвс погибла вместе со всеми необходимыми припасами. Еще одна хорошая пони умерла из-за того, что захотела спасти мою дурную голову. Из-за того, что я не заставила их всех уйти. Из-за того, что план покатился псу под хвост.

Проклятье. Я не хотела повторения случившегося со Священником.

После четырех ударов прикладом, гуль, наконец, обернулся и поглядел на меня. Его глаза горели злобой. И некоторой долей интеллекта. Заключенный или охранник — не имело значения. Он понимал, что довел меня и причинил душевную боль.

Поэтому я причинила ему физическую.

Может у меня и не было гранат, но у меня оставались разрывные патроны для дробовика. Я яростно взревела, схватила пальцами его челюсти и широко развела их, всаживая ствол глубоко ему в глотку и быстро нажимая крючок. Его бока взорвались раскаленными потоками гульей крови и радиоактивного огня. Мой ПипБак взбесился, показания снова были на красном и быстро приближались к смертельным значениям, пока я делала все от меня зависящее, чтобы отправить эту тварь в пучины ада.

Затем ствол дробовика взорвался фонтаном раскаленных осколков, мои пальцы пылали жаром, а гуль снова вдохнул. Я отпихнула его голову, сама бросившись в сторону и не сводя с него глаз. В одном я была точно уверена — я по-настоящему разозлила это существо.

— Вот так, сучара. Беги за Блекджек. Как и все делают!

А потом я уже неслась со всех копыт, преследуемая огненным исчадием.

Ну и конечно же, пока я бежала по коридору, предо мной встал извечный вопрос: «Что дальше?» В затылок мне дышал разъяренный монстр, и, как бы в дополнение к этому, я продолжала набирать дозу облучения. Понятия не имею, куда вел этот коридор, но если он внезапно закончится запертой дверью или чем-то наподобие — я труп. Мне было совсем дерьмово: в груди не унималась сверлящая боль, и у меня не было ни единой мысли, кроме как «бежать быстрее».

Тогда почему я ухмылялась во весь рот?

Освещаемая синим свечением позади, я завернула за угол. Не задерживаясь ни на секунду, я поднырнула под свисающие турели, перепрыгнула расплавленных протектопони и пронеслась мимо каталок. Вдруг, я поняла, что нахожусь в знакомой обстановке, пробегая мимо комнаты обследования и вскоре минуя рентген-кабинет. Увидев впереди своих друзей, я во все горло крикнула:

— Антирадин!

Передо мной возник оранжевый пакетик, я зацепила его магией и сразу же проглотила содержимое, стараясь держать приличную дистанцию между мной и ревущим сгустком огня в обличье пони. Так я и бежала по кругу, набирая дозу каждый раз, когда пробегала под одним из разбитых участков застекленной крыши.

— Пусть он гонится за тобой, Блекджек, — раздался в моей голове голос Лакуны. Я оглянулась на монстра, что бежал в дюжине шагов позади меня. С этим-то проблем не будет. Наверное, он раньше был земным пони. Полагаю, мне стоило быть благодарной за отсутствие у него крыльев.

Когда я в очередной раз пробегала мимо разрушенной комнаты, все пони с оружием разом выстрелили, но, кроме магических стрел Лакуны, эффекта это не оказало практически никакого из-за огненной ауры гуля, пули здесь точно не помогут. Однако, они заставили монстра остановиться и обратить внимание на моих друзей.

Я резко остановилась, достала Долг с Жертвой, и, прицелившись чуть ниже его хвоста, выстрелила. Револьверные пули оказались не эффективнее зарядов дробовика, но я попала в очень нежное, даже для гуля, место. Он глянул на меня широкими глазами, возмущенный моими свинцовыми свечами.

Так. Теперь-то он уж точно не остановиться ни перед чем, чтобы схватить теперь уже мою задницу. Гонка возобновилась. Ему для победы всего-то оставалось либо поймать меня, либо гонять до тех пор, пока меня не свалит радиация.

— Продолжай в том же духе, Блекджек. Нам нужно что-нибудь другое, чтобы уничтожить его одним выстрелом и не дать отрегенерировать, — снова донесся в моем мозгу голос Лакуны, когда я в третий раз пробегала холл. Сильвер Спун оттаскивала Шиарса с моего пути. Ксанти и Лакуны не было. Психошай на пару со Стигиусом вытаскивали Рампейдж из стены. И это было все, что я смогла разглядеть, продолжая бежать четвертый круг по лазарету. Я сжевала пару рубинов и сапфир, в боку болело от напряжения. Единороги совершенно не созданы для подобных пробежек… ну, может быть, в моем случае это не так, но… о Селестия, как же тут много радиации. Моя голова невыносимо чесалась.