Мод нахмурилась.

– Разве вы не вместе?

– Нет.

– Тогда как?
– она взмахнула руками, обводя корабль.

– Я попросила его об одолжении. Вернее, он сам предложил.

– Маршал дома Крар просто предложил тебе воспользоваться его эсминцем и спасти меня, потому что ты его попросила?

– Да.

Она уставилась на меня.

– Почему?

– Он частый гость в гостинице и чувствовал себя обязанным помочь, потому что в гостинице проходил мирный саммит, который спас множество вампирских жизней и в результате его дом получает большую прибыль. К тому же, он добрый.

– Гостиница? Ты нашла маму и папу?

Боль уколола меня прямо в сердце.

– Нет. Моя гостиница. Гертруда Хант.

Она смотрела на меня непонимающим взглядом.

– Я - хранительница гостиницы, - сообщила я.
– Мы едем не в Святую Анократию. Мы направляемся на Землю, в мою гостиницу. Мы едем домой.

Кровь отлила от лица Мод. Она смотрела на меня, словно не понимая, потом ее губы задрожали и моя сестра разрыдалась.

Удивительно, как столько грязи могло поместиться на одной маленькой девочке. Когда мы, наконец, вытащили Хелен из ванной, вода в ней стала грязно-коричневой. Вытерев её досуха, мы одели её в одну из моих футболок. Она зевнула, свернулась клубочком на мягком покрывале кровати и протянула ручки.
– Клычки.

Мод дала ей два кинжала в темных ножнах. Хелен обняла их и уснула, а Мод заботливо укрыла ее одеялом.

Я вытащила футболку и джинсы из своего рюкзака. Мод была выше меня на два дюйма и по-другому сложена. Нам обоим достались мамины бедра и ягодицы, но ноги Мод всегда были мускулистее, а плечи шире. Я протянула ей одежду.

– Мне пришлось выбирать размер наугад. Иди, купайся, - сказала я ей.
– Я присмотрю за Хелен.

Мод коснулась места, где на ее броне должен был бы находиться герб и поморщилась.

– Старые привычки.

Они сорвали с нее герб, когда вышвырнули ее с мужем из Дома Эрван.

Она опустила руку, и сдвинула в сторону громоздко выглядящую часть брони, по крайней мере, на два тона светлее, чем остальные угольно-чёрные пластины, и набрала код. Если бы Арланд когда-нибудь это увидел, у него был бы сердечный приступ от такой явной неэффективности. Это было, словно набирать команды на компьютере, только вместо клавиатуры у вас была бы старая, раздолбанная печатная машинка, на которой отсутствовала половина букв.

Прошло пару секунд. Мод оскалилась.

– Работай, чёрт побери.

Она ударила рукой по переборке. Со слабым шелестом, син-броня разошлась, разделяясь на части. Мод сбросила нагрудник, напульсники, наплечники, рукава, по одному добавляя их в кучу у стены, пока не осталась стоять в темно-синем комбинезоне. Комбинезон явно видал лучшие дни - локти были изношены. Запах пота, крови и человеческого тела, которое слишком долго не мылось, распространился по комнате. Я поморщилась.

– От меня воняет?
– спросила она.

– Что ты. Ты пахнешь, как свежая лилия в кристально чистом пруду.

Она показала мне язык, взяла одежду, и скрылась в ванной.

Кто-то тихо, почти виновато, постучал в дверь.

– Открыто, - сказала я. Дверь скользнула в сторону, открывая вампира с черным круглым ящиком в руках. Ящик был около двух футов в высоту и три фута в ширину.

– С наилучшими пожеланиями от лорда-маршала, - сказал он и удалился.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Мод вышла из ванной. Одежда вполне ей подошла, и если не обращать внимания на взгляд в ее глазах, говоривший, что она повидала слишком много ужасных вещей, я могла почти представить, что она была прежней Мод - до того, как наши родители исчезли, а Клаус растворился в звездных просторах космоса. За исключением волос. В последнюю нашу встречу, ее волосы ниспадали водопадом до самого пояса, как у большинства вампирш. Она любила свои волосы.

Мод заметила контейнер.

– Арланд прислал тебе ремонтный набор для брони - сообщила я.

– Как тактично, - в ее голосе был лед. Она уставилась на него и улыбнулась.

– Что?

– Просто я поняла, что мне больше нет нужды снова надевать броню.
– Она помедлила.
– Наверно, я все равно её отремонтирую. Никогда не знаешь, как все обернется.

Она села, скрестив ноги перед набором, и коснулась его полированной поверхности. Контейнер состоял из лепестков, загибавшихся к центру, подсвеченных изнутри мягким персиковым светом. Набор открывался как цветок, центральная часть выдвигалась вверх, поворачивалась и раскрывалась башенкой из полочек, на которых лежали миниатюрные инструменты и хрустальные флаконы с разноцветными жидкостями: красной, чёрной, перламутровой и персиковой.

Мод поднесла нагрудную пластину поближе, взяла ткань с одной из полочек, распылила на нее перламутровый раствор и протерла броню. Грязь и пыль растворились почти тут же, открывая черный материал доспехов. Был в этом процессе своего рода гипнотизирующий ритм. Протри, подожди мгновение, пока раствор испарится, протри снова.

– Что случилось с твоими волосами?

– Я обрезала их в тот же день, когда они высадили нас на Кархари. Вода на Кархари очень ценится. Ее почти нет на поверхности. Там идут приличные ливни в сезон дождей, но верхние слои почвы состоят из пористого камня, и вся дождевая вода просачивается под землю, собираясь в подземных реках. Они добывают ее через скважины, как мы добываем нефть. Когда вода проходит через камень, она насыщается вредными солями и должна быть очищена... Короче говоря, вода была дорогой.