— Ага, только смотри, как бы с ректором за ручку не пришли к тебе потом за противоядием.

Об этом парень еще явно подумать не успел.

— А табличку академии кстати не вернули? — полюбопытствовала я.

— Неа, пустое место, отклеить новую отклеили, но старую не нашли. Ты куда ее спрятала?

— Ну….

— После всего, что я для тебя вчера сделал, ты не можешь не признаться.

— Фактически, сделал не ты, а ректор.

— А кто хранит твою большую тайну?

— Да в кабинете его я ее спрятала, — шикнула я на парня, — просто не на видном месте.

— Серьезно? Класс! Гутор ни за что не найдет.

И Гутор действительно не нашел, бегал по всей академии, злой как черт, заглядывал в каждую щель и выговаривал весьма громко все, что он о нас думает. Таблички на ректорском кабинете тоже не было, о ее местонахождении я правда тоже смутно догадывалась. Тем временем день был наполнен поздравлениями и удивленными воскликами и, постепенно, я начинала сама привыкать к мысли, что у меня теперь больше не одна стихия. Я поднялась на ступень выше и не могла этим не гордиться, стоило написать письмо родителям. Мать поначалу конечно расстроится, что во мне не проснулась земля или вода, но огонь тоже отличная стихия, а как по мне, так самая лучшая.

Но на свое первое занятие с магами огня я шла с трясущимися поджилками. Волнение было двояким, с одной стороны это было приятное предвкушение возможности опробовать свою новую магию, а с другой страх того, как на мое появление среагирует Исар. Все его ближайшие приспешники были магами огня и детьми лордов, а значит, теплого приема ждать не приходилось. Не стоило забывать, что занятия вел сам ректор, который после всех приключений вчерашней ночи вряд ли будет ко мне расположен. В итоге в кабинет я входила со смешанным чувством, преподавателя еще не было, и студенты просто болтали. В центре кабинета на столе сидел Исар, привлекая к себе всеобщее внимание.

— Малышка пришла, — первым увидел меня Эвот, привлекая к моей скромной персоне всеобщее внимание.

Его обращение ко мне не сильно напрягало, малышкой он меня называл скорее из-за миниатюрного роста и вида.

Маги с интересом изучали меня. Их взгляды особенно задержались на моих волосах, ярких как никогда. Выглядело, правда, это скорее как скопление пираний, приглядывающихся к своей новой жертве.

Исар соскочил со стола, делая шаг ко мне.

— Огонь не твоя стихия, — недружелюбно заявил он, окидывая меня презрительным взглядом, — эти стихия благородной крови.

Остальные молчали, не желая перечить своему «королю». Собственно, подобного приема я и ожидала.

— Боюсь, мне придется разрушить твои иллюзии, получается, твоя кровь не чище моей.

Я даже слышала, как его зубы скрипнули, сжимаемые от гнева. Единственное, до чего Исар никогда не скатывался, это рукоприкладство, но сейчас, видя, как блестят его глаза и сжимаются кулаки, я сомневалась в том, что он не сделает этого.

— Эй, приятель, не заводись… — тронул его за плечо Эвот, но дернувшись, Исар оттолкнул его.

— Я спокоен, просто отвратительно учиться вместе с ЭТИМ, — кивнул он на меня.

Моей голове внезапно стало очень тепло, и я бы не обратила на это внимание, но все вдруг уставились на меня с удивлением. Я же сдерживала в себе рвущийся наружу гнев.

— Малышка, как ты это делаешь? — отмер Эвот, смотря на меня с восхищением.

— Делаю что? — процедила я, все еще чувствуя себя оскорбленной и попавшей в змеиное гнездо.

— Вероятно, адептка Аро, он имеет ввиду ваши волосы, — раздался голос за моей спиной, обернувшись, увидела на пороге ректора Дакара, — и да, ваши глаза тоже, разумеется.

Недоумевая, я оглянулась в сторону окна, в котором были наши смутные отражения и ужаснулась.

— Мамочки! — закричала я, видя, как мои волосы горят. Горят в буквальном смысле, как костер на ветру. Да я же сейчас лысой останусь. Красных прядей больше не было, вместо них горел настоящий огонь, так вот почему моей голове стало так тепло. А глаза… глаза тоже горели! Языки пламени плясали в них. Я хлопнула рукой по голове, желая сбить пламя.

— Не бойтесь, — Дакар поравнялся со мной, — этот огонь не причинит вам ни капли вреда, он ваш. А вот других способен покалечить. Так что я бы попросил вас … прекратить это.

Но как?? Я не делала этого специально!

Меня начала охватывать паника, не так-то весело чувствовать себя горящим сгустком.

— Я не… — заикнулась я, испуганно смотря на ректора. Стихия во мне начинала бушевать все сильнее, я чувствовала, как моя кожа начинает гореть. Боже, неужели я способна вся превратиться в пылающий шар? Страх охватывал меня всю и не позволял успокоиться, я мысленно просила огонь исчезнуть, но он меня не слушался.

Ребята позади нас затихли, видимо все еще пораженные моим видом. Ректор сделал шаг ко мне, останавливаясь в опасной близости от моих пылающих волос и его руки оказались на моих плечах, мягко соскальзывая ниже и сжимая предплечья.