.

Куда ездила всё это время злополучная вонючая машина, её вынужденные пленники не знали. В сплошной темноте с отключенными нейросетями заниматься было совершенно нечем. Спать или думать. Норан дрых, это Батлер чувствовал плечом. Чем занимался Че, он не представлял.

Сам Бат широко раскрыв глаза смотрел в темноту.

– Че? А это всегда так просто... убивать?
– Голос в закрытой коробке звучал слабо.

– Размечтался, щенок. Ты ещё выть будешь, когда твои первые тебе сниться начнут. И Мо. Демоны бы побрали этих СБшников. Что они делают? Ведь нельзя просто так стрелять по гражданским? И по человеку, поднявшему Служебный Знак. Он ведь напрямую к Императору, считай обращался, когда в него стрелять начали. Бле-е.
– Голос Че стал грустным.
– Нет больше Императора, малыш. Похоже власть пытается перехватить чужак, который плохо представляет себе, за что взялся.

– Так не может быть. Есть Координаторы, есть магистры, есть монастыри Улота. Кто разрешит захватить власть?

– Фигня.
– Сонный голос полковника вплёлся в обсуждение.
– Монастыри уже разрешили. Кто по-твоему готовит вот таких спецназеров? Которые без Знака? Имперские спецы этого не могут. Физически. Частные структуры в большинстве укомплектованы отставниками, собственных опытных бойцов высокого класса у них нет. Тех, кто не связан ограничениями. За этим очень внимательно следили. Ты уж поверь.

Бат встрепенулся.

– Норан, но я ведь сам слушал настоятеля. Он говорил...

– Вот в этом и есть главное свидетельство. В том, что говорит сейчас любой из настоятелей. Они спокойно врут, поднимая Знак Церкви.

Че только булькнул в своём закутке. На эту тему они с Норан уже спорили. Пару раз. О Знаках и о вранье.

– Нельзя врать поднимая Знак. Любой.

На эти слова Бата полковник только хмыкнул. Че заржал, хлопая ладонью по пластику лежанки.

– Бат, ты тупой тюфяк. У тебя ведь классная большая голова. Думай ей. Она ведь не только для того, чтобы есть булочки.

Норан не выдержал и тоже рассмеялся.

– Не обижайся на старого ворюгу Бат. Действительно, подумай хорошо и ты увидишь, сколько мелких нестыковок в речах твоего Настоятеля. Я уж молчу о крупных.

Батлер вздохнул и упрямо помотал головой. Молча. Он-то подумает, но только потому, что заниматься в этой вонючей конуре нечем. Эх, жаль нет доступа к сети.

– Че, а я могу поднять записи из архива нейросети?

– Это - сколько угодно. Главное, чтобы раздел связи показывал нолики. Я так и делаю.

И снова в душной коробке стало тихо. Жужжание двигателя, стук манипуляторов и... вонь.

– Может поставить плетение для очистки воздуха?

– Нет-нет.
– Че отреагировал быстро.
– Мы ещё в городе. Никаких плетений, никакой связи. И это не шутка.

Бат вздохнул... и поморщился. Самое время подумать, что именно ЕМУ теперь делать? В то, что он сможет вернуться домой, Бат уже не верил совсем.

.

Мусорные машины в современном городе так и остаются печальной необходимостью. Отходов у жителя высокоразвитой цивилизации всегда будет больше, чем он в состоянии безболезненно переработать сам. Попытки создать индивидуальный утилизатор показали печальную картину. Первое - утилизатор энергоёмкий и недолговечный прибор. Даже в мусоре современного города попадаются металлы и соединения, которые не поддаются подобной переработке.

Второе. Плитки образующиеся после работы утилизатора были гораздо большей проблемой, чем сам мусор. Они уж точно никак не разлагались и требовали весьма специфической переработки.

Третье. Опытным путём было доказано, что городской мусор, это кроме всего прочего - источник ресурсов. И ресурсов свалки давали принципиально больше, чем переработка плиток получаемых после стандартной утилизации. Это только в сказках бросаешь в мешок мусор, а выпадают керлитовые слитки.

Отходы и ненужный хлам продолжали собирать и перерабатывать. Оказалось, что выгоднее потратиться на системы сортировки мусора, чем на процесс, позволяющий утилизировать всё буквально. Мусоросборники продолжали чмыхать вонью и ползать по улицам города.

Профессия мусорщика никогда не была престижной. Денежной? Это - да. Но престижной - нет. Точно так же, во все времена, именно в этой среде властвовал криминал. Иногда явно, чаще - не слишком явно. Почему? Да потому, что для этих людей законы значили мало. Государство редко обращало на них внимание и всё, что они от государства получали - выбивалось требованиями и забастовками. Чтобы понять почему, достаточно ответить на простой вопрос: что лично вы знаете о свалках в вашем городе? Вот так сходу, без подготовки. Чаще всего ответ будет - ничего. Не интересная тема. Вонючая и грязная.

Вот так и колесила машина с мусором по своему маршруту. Пахла она неважно и никому не хотелось копаться в её внутренностях. Через сутки, когда со скрипом собрали и обработали всю информацию с места событий и совместили её с данными орбитальной сети, машину проверили. Но в ней ничего подозрительного не обнаружили и вычеркнули из списка. Никто даже не понял, что проверили совсем не ту машину, которая была возле места событий. Блоки идентификации поменялись местами уже через пару часов после случившегося. А ещё через пару часов поменялись ещё раз. Машина с этим номером работала на противоположной окраине города. Она выполняла плановый маршрут никуда не сворачивая и не меняя своего графика. Так и добрались беглецы до точки, где отследить их было максимально сложно.