Шрифт:
— Могу ли я осведомиться, куда мы направляемся?
— В Капитолий, мистер президент.
— Обычно мы ходим другим путем.
— Вы правы, сэр. Но мы только что получили информацию о том, что в районе Капитолия начались какие-то небольшие беспорядки. Что-то вроде демонстрации Национальной Стрелковой Ассоциации.
— А я, значит, избегаю встречи с ними... Это похоже на трусость.
— Ни в коем случае, сэр. Я проведу вас через цокольный этаж. Обычная мера безопасности.
— Даже сенатором я предпочитал ходить поверху.
— Все готово, сэр. Вы будете на месте точно в срок.
Президент что-то буркнул и посмотрел на окна машины, развернувшейся в противоположном направлении.
Сенатор Дункан умер по пути в госпиталь, а Марку там наложили на плечо тугую повязку. Марк посмотрел на часы и рассмеялся. Было 11.04 — и теперь он собирался жить долго и счастливо.
— Вам звонят, мистер Эндрью.
Он взял трубку.
— Я рад, что с вами все в порядке. К сожалению, сенат прерывает свою работу в знак уважения к памяти сенатора Дункана. Президент в шоке, но он понимает, что обстоятельства как нельзя лучше способствуют успеху обсуждения билля о контроле над оружием, так что завтра рано утром мы собираемся на ленч. Жаль, что вы не можете присоединиться к нам. Мы взяли трех из них — Маттсона, снайпера-вьетнамца и мелкого жулика Тони Лорайдо. Скорее всего есть еще кто-то, но об этом я дам вам знать попозже. Спасибо, Марк!
Телефон замолк, прежде чем Марк смог ответить.
Марк приехал в Джорджтаун к семи вечера. В полдень он побывал на похоронах Симона и выразил свое соболезнование его потрясенным родителям. У них осталось еще пятеро детей, но помочь горю это, конечно, не могло. Столкнувшись с чужой бедой, Марк еще острее почувствовал тепло и радость жизни.
Элизабет была в красной блузке и черной юбке, как в тот день, когда он впервые встретил ее.
— Не могу понять, что происходит. Звонил отец и сказал, что вы пытались спасти жизнь сенатору Дункану. Чем вы там на самом деле занимались? Отец страшно расстроен из-за этой стрельбы. Но почему вы ходили по пятам за ним? Ему тоже угрожала опасность?
Марк посмотрел ей прямо в глаза.
— Нет, ваш отец не имел никакого отношения к тому, что произошло. Не думайте об этом.
Во французском ресторане метрдотель встретил их, как родных.
— Добрый вечер, мистер Эндрью, как приятно опять видеть вас. Но, простите, не припоминаю, чтобы вы заказывали столик.
— Он заказан на мое имя,— сказала Элизабет.— Доктор Декстер.
— Ах, вот как... Да, доктор, конечно. Разрешите вас проводить.
На закуску они взяли подрумяненные моллюски-венерки, а затем, не вдаваясь в особые изыски, бифштекс с гарниром и вино.
Почти всю обратную дорогу Марк пел. Войдя в квартиру, он взял Элизабет за руку и повлек в темную гостиную.
— Не надо ни кофе, ни бренди, ни музыки кроме тебя, мне ничего не надо!
— Ты просто напился.
Вместо ответа он приник к ее губам долгим поцелуем, сняв бесшумным жестом телефонную трубку с рычажка. «Нет, Юлиус, сегодня вечером я тебе не принадлежу!»
ПЯТНИЦА — 11-е.
Утром она спросила Марка, что он предпочитает на завтрак.
— Ха, неужто в этом отеле умеют готовить «уиттис»?
— И яичницу с ветчиной,— сказала она.— Но погоди радоваться до того, как тебе подали счет, потому что кредитные карточки «Америкен экспресс» в нашем заведении не принимаются.
После душа Марк быстро оделся и положил телефонную трубку на место. Сразу же раздался звонок. Элизабет сняла трубку. Марку захотелось вернуться обратно в ванную.
— Доброе утро. Да, он тут. Это тебе. Ревнивая любовница, как я думаю.
Она накинула халатик и вернулась на кухню.
— Марк Эндрью.
— Доброе утро, Марк.
— Ох, доброе утро, сэр.
— Весь вечер я пытался дозвониться до вас.
— В самом деле, сэр? А я-то думал, что я в отпуске. Если вы заглянете в книгу приказов по нашему отделу, вы убедитесь, что так оно и есть.
— Да, Марк, но вам придется прервать свой отпуск, потому что с вами хочет встретиться президент Соединенных Штатов.
— Президент, сэр?
— Соединенных Штатов.
Марк расстегнул пуговицу на рубашке.
— Чего ради он хочет видеть меня, сэр?
— Вчера я был зол на вас, но сегодня я сделал из вас героя, и он хочет лично выразить вам благодарность за попытку спасти жизнь сенатору Дункану.
— Что?
— Загляните лучше в утренние газеты. Остальные объяснения получите позже.
— Куда я должен прибыть, сэр, и во сколько?
— Вам сообщат.— Телефон отключился.
Марк положил трубку и стал перебирать в памяти услышанное. Он собирался позвать Элизабет и спросить у нее насчет утренней почты, но телефон зазвонил снова.