– Ты - падший Ангел. Точнее ты был им до обращения.

– Перестань говорить со мной на китайском! Скажи своими словами, что за бред вы все несете? Обращение! Что за обращение, черт возьми?

– В вампира, - ответила Фэй и достала из шкафчика бутылку виски, плеснула в бокал и протянула Габриелю.

– Я не пью.

– Давай. Ты сейчас в обморок упадешь, а я хочу, чтобы дослушал до конца, а потом ты поешь. Добровольно, я надеюсь. Ты помнишь все про хм... секс с Кристиной?

Габриель как раз собирался сделать глоток, но чуть не выронил бокал.

– Ты не почувствовал ничего странного? Укол, укус?

Габриель на мгновение закрыл глаза, и в мозгу ярко вспыхнула живая картинка, где он жадно ворвался в женское тело, содрогаясь от наслаждения. Да, он помнил, как она укусила его за шею. Парень невольно прижал к тому месту руку, но следов не осталось.

– Я не буду тебя сейчас напрягать всей предысторией Братства. Если захочешь ты, потом и сам узнаешь. Ты согрешил с темным созданием и за это лишился крыльев. Падшие Ангелы – иная раса, собственность демонов.

О, дерьмо! Он так и знал! Нет, она действительно думает, что он поверит в этот бред? Демоны, мать их так?

– Верно, демоны. Если есть Ангелы, значит, есть Демоны. Логично, не правда ли?

Гул в висках нарастал и Габриель залпом осушил бокал, но не почувствовал алкоголь как это было раньше, словно хлебнул простой напиток.

– Чтобы не отдать Падшего им, Кристина обратила тебя. Демоны не имеют власти над такими как мы.

– И что это все значит?

– То, что ты, в какой-то мере, тоже вампир.

О боги! Его начало тошнить.

– То что сейчас происходит с тобой это своеобразная ломка. Я удивляюсь как долго ты продержался для новорожденного. Слишком долго, но ты голоден и тебя мучает жажда, ты обязан ее утолить.

– Я что должен пить кровь? Ты это пытаешься мне сказать? Я должен, черт раздери, стать гребаным маньяком?

– Вампиры это раса и они не маньяки. И – да, ты должен пить человеческую кровь иначе ты умрешь.

Его скрутило, в желудке начался бунт, и Габриель с трудом сдержал порыв к рвоте.

– Не обязательно пить "живую" кровь, есть доноры, есть кровь животных. Это твой выбор и выбор Братства. Они никого не убивают. Это запрещено законом. Я буду говорить быстро, потому что времени у тебя мало. Скоро начнутся судороги и рвота собственной кровью.

Габриель с трудом держался на ногах, в глазах двоилось.

– Марианна в коме. Я не стану сейчас объяснять почему. Ты не воспримешь информацию. Ей нужна кровь самого близкого родственника и этот родственник ты. Ты станешь ее донором?

Габриель сполз по стене на пол и закрыл глаза.

– Она медленно увядает. Если ты не согласишься - все поймут. Но ты должен дать ответ сейчас и принять свою сущность или же через несколько часов ты умрешь. Не поможешь ни себе, ни своей сестре. Ты ведь долго ее искал Габриель?

– Восемь лет, - хрипло ответил парень.

– Ты ее нашел и она точно такая же как и ты. Ты хочешь ей помочь?

Парень закрыл глаза и увидел далекий образ – маленькая девочка с огромными сиреневыми глазами. Очень далекий образ, но родной, который навеял странную тоску...словно там, где она прятались его воспоминания.

– Да, я хочу ...по..мо..чь.

Фэй поднесла к его рту что-то в целлофановом пакете, и прежде чем Габриэль понял что делает, взбурлили инстинкты. Десна опалило, как раскаленным железом, в горле заклокотало, и он вырвал дрожащими руками пакет. Аромат того, что находилось в нем закружил голову. И он сделал первый глоток. Захлебнулся, тело наполнилось жаром, теперь он пил жадно, чувствуя, как постепенно перестают дрожать конечности, и стихает гул в голове. Когда он осушил пакет и посмотрел на смятый в руке полиэтилен, его глаза расширились от ужаса.

"1ая группа крови. Резус фактор - положительный"

Твою мать! Он только что выпил целый пакет, что б его! Пятьсот миллиграмм человеческой крови и да, ему стало легче. Намного легче. Габриель провел языком по деснам, чувствуя, как резцы заострились. Он перевел взгляд на ведьму. Силы возвращались к нему, это был всплеск адреналина, эйфории и полного насыщения. Ничего подобного в своей жизни он никогда не испытывал.

Кристина сцепила пальцы и приготовилась. Ровно через пару секунд отец будет здесь. Не то чтобы она боялась. Просто возникало чувство стыда. Влад удивительным образом давал ей всегда почувствовать собственное убожество. Нет, он никогда не унижал, он любил ее очень сильно. Просто его благородство, его спокойствие, его гордый взгляд всегда заставляли Кристину почувствовать себя маленькой и жалкой, вечно делающей проблемы, той кто не может постоять за себя и в отличии от отца не вызывает уважение окружающих.