Малфой задумался. Похоже, Драко, его наследник, опять конкретно обеими ногами прыгнул в дерьмо! Да еще и сделал это так, что, по сложившейся в последнее время очень неприятной традиции, умудрился забрызгать и всех стоящих рядом, включая своего отца. "С чего вдруг у Драко появились такие мысли? Или же он так мог понять ту фразу... Идиот! Я идиот! А сын - полный кретин, пропустивший мимо ушей абсолютно все лекции об устройстве чистокровного общества и действующих в нем гласных и, гораздо важнее, негласных законах и традициях. Я же говорил: "Аккуратно, намеками". О Мерлин! За что мне такое?" - взывал к всепонимающему небу лорд Малфой, но потолок каминного зала, как обычно, остался нем, как камень, из которого и был сложен.
– "Мордредов Крэбб! Опять из-за его абсолютно невзрачной персоны такие серьезные проблемы. Ладно! Нужно что-то решать..."

– Хорошо. Предположим, если я соглашусь...

– Лорд Малфой, надеюсь, вы понимаете, что торга сейчас не идет. Я просто уведомляю вас о том, что совершенная вами ошибка может стоить вам очень дорого. Тем более, вы и так сейчас в таком состоянии, что любой новый повод для скандала абсолютно нежелателен! Ваше решение?

Спустя некоторое время Малфой, буквально выталкивая из себя слова, процедил сквозь зубы:

– Хорошо. Я больше не имею никакого отношения к устройству личной жизни наследника своего вассала, мистера Логана Ричарда Крэбба.

– И вашему наследнику следуют извиниться перед моей дочерью.

Длинная пауза.

– Несомненно, - все же выдавил из себя Малфой.

– Благодарю вас, лорд Малфой, за понимание, - кивнул головой лорд Дэвис.

Мужчины, придерживая на лицах положенное при встрече равных вежливое выражение лица, коротко поклонились друг другу и разошлись в противоположных направлениях. Малфой, который внутренне стирал от злобы зубы, спокойно и степенно дошел до министерских каминов, переместился по каминной сети к себе в мэнор и только тут дал волю обуявшему его бешенству.

Спустя двадцать минут, глядя на абсолютно разгромленный салон, Малфой убрал палочку в трость-ножны и позвал домовика.

– Дисти здесь, лорд Малфой хозяин, сэр.

– Дисти. Все прибрать.

– Да, хозяин.

Малфой же отправился в свой любимый кабинет, плюхнулся в кресло перед камином, зажег его палочкой, налил половину бокала огневиски и стал задумчиво смотреть сквозь него на огонь. Чуть пригубил, и в радостно вспыхнувшее от подношения пламя с презрительной гримасой выплеснул большую часть дорогого напитка.

– Что-то я стал в последнее время слишком много пить, - бокал полетел вслед за своим содержимым.

"Нет! Дэвисы будут не одними из, а абсолютно первыми! Я лично пущу ему Аваду в лоб! Но это потом, а сейчас..." - подумал Малфой и, повинуясь взмаху его волшебной палочки, с полки в руки прилетел красный конверт.

"Драко Малфой! Я. Очень. ОЧЕНЬ. Тобой. НЕДОВОЛЕН! Я как тебе говорил себя вести? Выглядеть побитым и внушать непрерывное желание пожалеть себя. Как же ты посмел..."

Тем временем минуты безудержно летели вперед, складываясь в дни и недели. На исходе первой декады сентября пришла пора первого в этом учебном году урока ЗОТИ. Да, да, да - того самого, с боггартом.

Нас, как обычно, разделили на две группы. Первыми урок прошли слизеринцы с гриффиндорцами, после них - мы с рейвенковцами. В связи с тем, что явление распространения слухов не может рассматриваться в разделах релятивисткой и классической механики (то есть скорость распространения слухов больше, чем скорость света в вакууме), пред этим уроком и вороны, и барсуки заметно мандражировали.

Зайдя в кабинет, я без удивления обнаружил там большой черный шкаф. Как и в каноне, нам начали читать лекцию о том, что такое боггарт, чем он опасен и как ему противостоять.

"Интересно, Люпин реально не понимает, что делает, или просто он такой... мародер?
– подумал я, краем уха слушая объясняющего свой предмет профессора ЗОТИ.
– Ему, блин, сейчас тридцать три года, а он над детишками подшучивает. Да еще настолько злобно, что подвешенный за ноги вверх тормашками Снейп, тогда еще совсем не профессор, а просто рядовой слизеринец, может считать, что еще легко отделался!"

Мои страхи - самое страшное оружие в руках моего врага. Страхи говорят о нас слишком много. Страхи позволяют манипулировать собой. Страхи стыдны и неприятны. Если, к примеру, кто-нибудь боится, что все узнают, что он до сих пор в кроватку делает? И на глазах у всех появится испачканная мокрая постель? Во что тогда боггарта превращать? И как потом жить в коллективе?

Нет, терапевтическая составляющая обязательно должна быть - свои страхи не следует холить и лелеять. С ними нужно бороться, степень их влияния на себя можно и нужно понижать. Но только делается это обычно либо в кабинете у психоаналитика (западный метод), или, как у нас, среди лучших и самых преданных друзей, за столом после не первой совместно выпитой бутылки. Что-то вроде этого: