– Вот скажите мне, кто из вас хорошо знает маггловское общество? Вот ты? Тогда ответь на следующий вопрос: что будет, если родители обращаются со своим ребенком плохо или даже жестоко?

– Ну, у них будут проблемы. Штрафы. Суд. Вплоть до изъятия ребенка и тюремного срока для таких родителей, - сказал как о чем-то естественном кто-то из магглорожденных. Совершенно естественном для магглов, но диком, судя по открытым в изумлении ртам, для детей магов.

– В отличие от магглов, в Британском Магическом законодательстве нет такого преступления, как "жестокое обращение с детьми". Все еще не ясно? Тогда говорю по-простому. Глава семьи, лорд или леди, могут сделать с младшими членами, в том числе со своими наследниками все, что будет им угодно. Например, на прошлых каникулах, когда вы, мистер Барнетт, наслаждались семейным теплом и уютом, подарками на рождество и, быть может, огромной индейкой, Винсента в подвале его родного мэнора пытали круциатусом...

"Хм. Однако, скрыть что-либо в магическом мире практически невозможно. Интересно, а кто проболтался? Какой-нибудь Малфой? Или Снейп?" - подумал я. Тем временем лекция продолжалась.

– ... пытал собственный отец, - факультет ахнул, - И никто, даже те, кто отлично знал об этом, ничего никому не сказали. А если бы и сказали, то даже ДМП ничего бы не могло сделать. Нужно официальное обращение в ДМП непосредственно от пострадавшего или его родственника, но его бы никто никогда не сделал. И знаешь почему? Именно потому, что дети до определенного возраста, который называется совершеннолетием, не имеют практически никаких прав!

– Но это дикость! Весь мир уже давно...
– заблажил второкурсник, но Эрни его перебил.

– Это наш мир. Магический мир. В нем свои законы! Наши, в том числе и твои, законы. И извольте их знать, мистер Барнетт!
– жестко, чрезвычайно жестко даже для взрослого, не то, что для спокойного и покладистого хаффлпаффца, отчеканил МакМиллан.

"Вот, значит, какое у тебя хобби и оно же больное место, Эрни. Учту."

– Более того. Если не имеющий прав отпрыск попробует главу семьи убить, то волей самой Матери-Магии, защищающей своих детей, удачливый отцеубийца станет Предателем Крови!

"Хорошо бы тебе, Эрни, никогда не узнать, как именно Мать-Магия "любит своих детей". Это же не любовь - это настоящая ебля!"

– Это у магглов может процветать брато- и отцеубийство. Магический мир такого не терпит!

"Если вспомнить, насколько в Магической Британии все близкие родственники, то еще как терпит, Эрни. Но я, сам понимаешь, не буду тебя поправлять..."

– Однако бывают случаи, когда убийство все же происходит, но убивший отца не становится предателем крови. Отцеубийцей - да, но предателем крови - нет. Редко, но бывает. Такое случатся, например, если смерть причинена по неосторожности, или глава рода сошел с ума, либо сама Мать-Магия вела палочку убийцы. А судя по тому, что Винсент стал сразу совершеннолетним и лордом, то никаких претензий Магии к нему не возникло. А если нет претензий у Магии, то обычно нет претензий и у магов.

– То есть, я правильно тебя понял? Этот... лорд, убил своего отца, и ваше хваленое Министерство даже не почешется?

– Наше, привыкайте мистер Барнетт, наше Министерство! Британское Министертво Магии! И да, вы правы. Дела рода - это дела рода. Если кто-то в роду этим недоволен и считает, что был нарушен какой-то закон, он может искать правды в Департаменте Магического Правопорядка, либо подать прошение в верховный суд Визенгамота.

– То есть я могу написать заявление в полицию...

– Аврорат. Даже не в аврорат, это всего лишь часть одна из частей департамента, а прямо на имя главы ДМП. Это вполне по закону.

– Не важно. Написать, и этого убийцу посадят?

– Да. Можешь... написать. Но ДМП откажет тебе в рассмотрении претензии по причине твоей абсолютной непричастности к роду Крэбб. А твое прошение в верховный суд, скорее всего, даже не будет рассмотрено. Канцелярия суда ограничится стандартным письмом, смысл которой, если кратко: "не лезь не в свое дело".

"О как мне повезло, что я остался последним в роду! Была бы у меня сестренка или братишка, они бы точно меня посадили за отцеубийство и ради отнятого титула".

– И что, если я такой наследник, мне и деваться некуда? Только слепо подчиняться любым приказам главы рода?
– по-юношески горячий и свободолюбивый Мэтью никак не мог успокоиться. Директору, скорее всего, не пришлось сильно напрягаться, чтобы направить энергию ребенка в нужное русло. С такими замашками вообще непонятно, что Барнетт забыл в Хаффлпаффе. Чистый и незамутненный адепт Общего Блага, больной в тяжелой форме "гриффиндором головного мозга". Вот так и, похоже, Блека охомутали и оторвали от семьи.

– В магическом мире все именно так. Подчинение младшего старшему абсолютно. Если же кому-то такое не нравится, он может выйти или быть выброшенным из семьи, оставив там... все. Фамилию, претензии на наследство, родовые магические дары, очень часто некоторую часть магии и иногда - жизнь. Ты согласен стать сквибом?

Барнетт мотнул головой и отвернулся. Он уже успел почувствовать ту силу и власть, что дарует своим адептам магия.

– Собственно, у меня все. Мои предположения по поводу случившегося верны?
– спросил Эрни.