— Простите, если покажусь назойливым… У вас есть серьёзные причины их не снимать?

— Не то, чтобы серьёзные, но есть, — инородка глянула на следователя исподлобья и дёрнула левым ухом.

— Простите ещё раз, — Пер-Шаври мысленно поставил ещё одну галочку, и тоже принялся нарезать бифштекс помельче. Глядя в тарелку, медленно произнёс: – Сейчас я задам вам несколько вопросов, которые могут показаться вам неприятными… Или вызвать неприятные воспоминания. Вы не против?

— Задавайте, — так и не закончив очищать рёбрышко от мяса, Каррисо отложила нож с вилкой в сторону. Поправила выбившуюся из-за уха прядь волос и снова сцепила пальцы в "замок". Уставилась на следователя прищурившись, не мигая. Правильно, сейчас ведь начнётся серьёзный разговор…

— Что вы можете рассказать о Реймонде фок Аркенау? — Пер-Шаври тоже оставил в покое не до конца расчленённую отбивную. Есть ему хотелось, но работать челюстями под взглядом собеседника – идея так себе. — Какое впечатление он на вас произвёл?

— Впечатление… — адмирал опустила веки и тяжело вздохнула. — Впечатление… Обычный молодой человек. Очень честный и прямодушный. Очень. Многие юноши его возраста обладают теми же чертами, в общем-то… Но у Реймонда они проявлялись сильнее, чем у его сверстников. В то же время он был весьма… Хм, как бы сказать вернее… Не увлекающимся. Уравновешенным. Все мы в таком возрасте мечтаем о свершениях, делаем какие-то глупости, придумываем какие-то идеи… И я такой была… Но не Реймонд.

— Вы знали его меньше трёх недель. И за этот срок успели сделать столь глубокие выводы?

— Я знала его больше года, — Каррисо наклонилась вперёд, поставив уши торчком. — Он был офицером моего флагмана. А я предпочитаю знать, на что способны мои офицеры… И на что не способны. Реймонд фок Аркенау способен заколоть человека шпагой в бою, но не способен учинить интригу с отравлением, — зрачки адмирала чуть расширились – кстати, тоже интересная черта. За ушами и зрачками командующей стоит следить, они выдают эмоции не хуже мимики. — Он пока ещё слишком плохо умеет обманывать…

Удачный момент. Сейчас можно перекинуть мостик к дальнейшему потеплению отношений. Достаточно просто сказать правду.

— Госпожа Каррисо… — Пер-Шаври нахмурился и отвёл взгляд. — Вся эта история… Всё это очень странно. Я только за неё взялся, но уже смущён. На мой взгляд, практически ничто не указывает на виновность вашего бывшего адъютанта. Мой коллега нарыл против него какие-то улики, весомость которых я не понимаю – а ведь я намного опытнее. Либо мне пора на пенсию, либо здесь какая-то ошибка… Над этим предстоит поработать.

Каррисо промолчала, однако во взгляде её появилась неуверенность. Плотно сжатые губы чуть расслабились. Выстрел попал в цель. Естественно, единственным удачным приёмом не выбить того предвзятого отношения, которое взрастили к себе коллеги по охранке. Но прогресс появился. И это отлично.

— На данный момент самым сильным аргументом в пользу виновности фок Аркенау является его побег, — продолжал Омар. — Расскажите, пожалуйста, про ту ночь. Я понимаю, вам будет тяжело…

— Да чего уж, — грустно усмехнулась Каррисо, пододвигая к себе бокал и наполняя его вином. Взяла было бутылку в левую руку но, словно спохватившись, быстро переложила в правую. Симптомчик? С раной всё не так хорошо, как адмирал старается показать? А усмешка, даже невесёлая – просто здорово. Первая улыбка за весь вечер… — Я, может, и не гусарский полковник, но и не нежная барышня. В тот день…

Инородка и следователь проговорили ещё несколько часов. Выслушав рассказ адмирала о побеге наследника Аркенау, Пер-Шаври плавно увёл разговор в сторону. Дальше они беседовали на отвлечённые темы – о политике, о погоде, о военном деле, о радиопьесах, о книгах… Омар всячески старался показать, что это именно диалог, а не завуалированный допрос – высказывал своё собственное мнение, перебивал, дополнял… Демонстративно выпил несколько полных бокалов вина (Каррисо свой едва пригубила). Всё это здорово помогало сбросить напряжённость, в то же время принося массу полезной информации. Когда пробило час ночи, следователь знал об адмирале ровно столько, сколько ему и требовалось. На первый раз.

— Думаю, на сегодня хватит. Поздно уже, — вздохнул Омар, обводя взглядом ресторан. Зала почти опустела. В дальнем углу шепталась какая-то компания в серых чиновничьих сюртуках. У входа попивали чай трое артиллеристов в выходной форме – плечистый майор средних лет, да два солидных, седых полковника – усатый мужчина с застарелым плазменным ожогом на подбородке, и узколицая женщина с собранными в узел на затылке волосами. Остальные посетители давно разошлись, и новых не приходило. Следователь поворошил вилкой объедки в тарелке: – Не хочется заканчивать эту беседу, но удерживать вас дальше – просто свинство. Вам следует больше отдыхать, пока вы не вернулись к службе.

— Что ж, я надеюсь, сегодняшний разговор был для вас полезен, — несколько раз сморгнув, покачала головой Каррисо.

— Безусловно. Вы даже не представляете, насколько! — совершенно искренне подтвердил следователь. — Теперь давайте выбираться из этого прекрасного места. Вы отпустили свою карету, так?

— Да, я ведь не знала, сколько времени здесь проведу. К тому же, она не моя.

— Хозяин заведения держит пару экипажей для особо почтенных гостей. Думаю, я смогу уговорить его выделить один вам…