— Последняя его просьба – уж точно не пустяк. Вы же не по своему почину исказили ход следствия… Разве услуга, оказанная в молодости, для столь серьёзного риска достойный мотив?

— Изначально он то и упирал. Спрашивал абстрактно – можно ли на меня рассчитывать в случае чего, многого ли стоит наша… Хм, дружба. Я не давал конкретного ответа. Однако затем… мне поручили это дело. Не должны были, а поручили. Как он и предсказывал. Тогда я понял, что всё серьёзно. Самому Браанфорду такое не по плечу. И когда маркиз уже вполне конкретно попросил повести расследование определённым образом, я не отказал. Можете считать, побоялся. Или пожадничал. Да, кошелёк с золотом тоже был. Не в нём одном дело…

— Вы не пытались копнуть под него, выяснить подоплёку? — подтолкнул в нужную сторону Пер-Шаври. Младший коллега начал терять нить рассуждения, сбиваться – похоже, его крепко пробрало.

— Дёрнулся было, только агента потерял без толку, — цур Горберг зло уставился на собеседника. — Больше не пробовал, не дурак. Вам проще будет, вы же не СБП… Если я верно понял.

— Я – СБП, — покачал головой Омар. — Самое что ни есть СБП, представьте себе. Совмещаю. И, чего бы вы там ни думали, вам есть, чем мне помочь. Потребуется долгий разговор, однако прок от него будет, не сомневаюсь. В первую очередь, ежели сами станете помогать.

— Стану, — хокландец поник плечами, опустил взор. А у Пер-Шаври внутри словно разжалась пружина. Получилось. Фредерик оказался достаточно умён, чтобы оценить ситуацию, и достаточно гибок, чтобы не идти на принцип.

— Я начну с простых вопросов, — старший следователь взял один из тех стульев, на которых сидели жандармы, поставил его к столу и опустился на сиденье. Наклонился вперёд, оперевшись о трость. — Итак…

Дни пролетали в кабинетной работе. Расследование Омара далеко было от финишной прямой, однако с мёртвой точки сдвинулось. Время копания в косвенных данных и плавания меж десятками гипотез осталось позади. Всё больше ручейков актуальной информации стекалось на его стол, и, тем не менее, дело шло натужно – словно Пер-Шаври сам, с лопатой, рыл для них каналы в каменистой почве. Ответов на главные вопросы пока не было, однако старый офицер взял след и шёл по нему, не в силах остановиться даже для отдыха – а потому трудился и после наступления темноты, ночуя в штабе. Мало кто из сотрудников следовал его примеру – большинство предпочитало брать нужные материалы или их копии на дом. К полуночи в здании оставались лишь Омар да ночная смена жандармов. Поэтому, когда однажды ночью в коридоре послышались шаги, следователь насторожился. Шаги стихли перед его дверью. Поздний гость остановился и пару раз стукнул в створку.

— Не заперто, — Омар сдвинул пачку докладов в сторону и направил на открывающуюся дверь пистолет. Увидев, кто появился на пороге, выдохнул, опустил ствол.

— Смотрю, ты научился стучаться.

— Мне дорого моё здоровье. А вы в последнее время накручены.

— Не сказал бы. Скорее, разумно осторожничаю. Садись.

— Я быстро, — гость воспользовался приглашением. — Новости горячие, да ещё какие.

— Я догадался. Раз ты сам пришёл…

— Не буду тянуть. После обеда в столицу прибыл фрегат "Буранный конь". Его капитан, Дзау Фанра, приходится знакомым адмиралу Каррисо. Сам инородец, кстати.

— Опять связано с адмиралом?

— Хо-хо, более чем. Капитан по прибытии немедля отослал к ней матроса с неким пакетом. Мы не перехватывали, только проследили. Каррисо ответа слать не стала. Вызвала казённый экипаж и поехала в Адмиралтейство. Пробыла там более трёх часов. Затем отправилась в порт, и оттуда – на орбитальный рейд, где ремонтируются оставшиеся корабли её флота. В доках предъявила приказ о немедленно выдвижении на север, в связи с усложнением обстановки на фронте. Собрала команды, вывела линкор и все четыре фрегата в открытый космос, провела ходовые испытания и… выдвинулась. Приказ настоящий, мы проверили. Подписан гросс-адмиралом. Но – по личной просьбе Каррисо. Никто её щипаную эскадру направлять в бой не собирался, ей ещё с полгода переформировываться. Получен в течение тех самых трёх часов, что сия ушастая дама провела в адмиралтействе. Ну, как вам?

— Флот ушёл давно? — Омар встал.

— Меньше часа назад.

— Отлично, — следователь вышел из-за стола, открыл несгораемый шкаф. Принялся в нём рыться. — Возможно, нам улыбнулась удача.

— В каком плане?

— Быть может, адмирал сэкономит нам несколько месяцев копания в архивах и агентурной работы. Если всё так, как я предполагаю, — Пер-Шаври с натужным кряхтением вытянул из-под тяжёлой стопки самую нижнюю папку, достал из неё два узких конверта. Подал гостю. — Вот, возьми.

— И что с ними делать? — тот принял конверты и похлопал ими по ладони. — Они не подписаны.

— Один дашь надёжному человеку. Пусть едет в коронный порт, отыщет там капитана фок Люденшуц. На словах передаст тому приказ приготовить судно к отбытию в течение трёх часов по получению. Второй доставишь лично. В казармы императорской гвардии. Полк Волчьих егерей, командиру второй роты, капитану Герману фок Гюнше. Именно ему, а не командиру полка. Персонально. Приказ – снарядить роту по-походному, прибыть в закрытую часть коронного порта, к причалу номер восемь. Времени – те же три часа. Всё понял?

— Ничего не понял, если честно. Вы собираетесь отправить их за адмиралом?

— Нет, — протянул следователь, снимая с вешалки куртку. — Я собираюсь за ней отправиться.

— Зачем вы-то? Послать некого?

— Затем, что не знаю точно, чем там всё кончится, и намерен принимать решения лично. А здесь – рутина, справитесь. Собственно, главным назначаю тебя, — Омар натянул куртку и принялся застёгивать. — Продолжай гнуть линию, ничего не бойся. Марту держи под рукой.

— В смысле? — гость выглядел слегка ошеломлённым.