– Я ничего не слышала.

– Что-то у вас не сходится, – покачал головой Декер. – Лоринг – сотрудник государственного правоохранительного учреждения. Он не мог стрелять без предупреждения.

Жульет посмотрела на меня, на него.

– Я лишь говорю вам, что слышала, а что – нет.

– Салливан выстрелил первым?

– Не знаю! Все произошло слишком быстро.

Декер полез в карман за сигаретами. Он вспотел.

– Хорошо, они начали стрелять одновременно. Что потом?

– Этот человек… Лоринг, как вы сказали… его качнуло, он повернулся и упал лицом вниз. Диггер… просто стоял, глядя на него. На мгновение я подумала, что он даже не ранен. А потом у него подогнулись колени, и он рухнул на землю.

– Дальше?

– Я подбежала к нему и увидела ужасную рану на груди. Он не открывал глаз. Изо рта текла кровь. Он… он не дышал.

Во всяком случае, мне показалось, что он не дышит.

– А потом?

– Я убежала в дом, чтобы позвонить мистеру Хаскеллу.

– Вы не взглянули на Лоринга?

– Нет.

– Как же вы определили, что он мертв?

– Я увидела, как после выстрела Диггера у него между глаз появилась дыра. Я… я знала. По тому, как он упал…

– Почему вы позвонили Хаскеллу, а не в полицию?

– Я не знала, кому звонить. Мистер Хаскелл – мой друг.

Я подумала, он знает, что нужно делать в таких случаях.

– И вы позвонили ему через две или три минуты после выстрелов?

– Думаю, да. Прогремели выстрелы. Они оба упали. Я подбежала к Диггеру. Затем вернулась в комнату и позвонила.

Наверное, прошло две-три минуты.

Декер положил сигарету, которую так и не закурил, в пепельницу на кофейном столике.

– Теперь, мадам Жирар, вернемся к Лорингу. Шамбрэн говорит, что он знал вашего отца. Работал с ним в Париже несколько лет назад. Но вы не узнали его.

– Раньше я никогда его не видела, – ответила Жульет.

– Он никогда не приходил в ваш дом в Париже? Ваш отец не представлял его?

– Нет. Я… я знала, что есть такой человек… Лоринг, связанный с правительством Соединенных Штатов… агент по борьбе с распространением наркотиков. Мой отец говорил о нем. Он ему доверял. Но я никогда его не видела.

– Значит, вы не знали, кто он, до того момента, как мы назвали вам его имя?

– Совершенно не знала, во всяком случае, понятия не имела, как он выглядит.

И тут появился Гарри Кларк, коллега Лоринга. Бледный, как полотно, по скулам ходили желваки. Остановившись посреди комнаты, он пронзил Жульет взглядом, затем прошел в сад и склонился над телом Лоринга. Приподнял простыню и долго вглядывался в мертвое лицо.

– Сукин сын, – повторял он снова и снова. – Сукин сын.

Наконец Кларк встал и вернулся к дверям.

– Ну, Шамбрэн, теперь-то мы знаем, кто есть кто.

– Неужели? – отозвался Шамбрэн.

– Жирар оказался прав в отношении Салливана. Сэм, должно быть, получил доказательства его вины и следил за Салливаном, рассчитывая, что тот приведет его к месту обмена денег на наркотики.

– Вы абсолютно уверены в Лоринге? – спросил Шамбрэн.

Кларк едва не ударил его. Он даже шагнул к Шамбрэну, взмахнул рукой, но сдержался.

– Абсолютно уверен, Шамбрэн. Абсолютно.

Наступившую тишину нарушил дрожащий голос Жульет.

– Я думаю, мне лучше вернуться к Шарлю.

Она с видимым усилием поднялась. Кларк и Декер переглянулись.

– У вас нет возражений? – спросил я.

– Нужно, чтобы она подписала показания, – сказал Декер.

– Разве она не может сделать это в отеле? Сколько, по вашему, можно выдерживать такое напряжение? Ей же нужно прийти в себя.

Сержант все еще колебался.

– Я пошлю с ней своего сотрудника.

– Я провожу ее, – отрезал я. – Кто-то должен рассказать ее мужу, что произошло. Он ничего не знает.

– Может быть… он действительно не знает, – пробурчал Гарри Кларк.

Я думаю, Жульет его не слышала. Она уже двинулась к двери. Шамбрэн поддержал меня.

– Марк может узнать у нее чуть больше. Ей легче говорить с ним, ведь они друзья.

– Идите, Хаскелл, – принял решение Декер. – Если она скажет вам что-то новое…

Я не ответил. Разозлился, что из меня хотят сделать доносчика. Жульет требовалось только участие.

Кто-то из полицейских остановил нам такси. Жульет забилась в угол, глядя прямо перед собой. Как я мог объяснить, что чувствовал себя счастливым, находясь рядом с ней.

– Я убила его, – она не повернула головы. Ее начала бить дрожь. Я взял ее руку и крепко сжал.

– Вы ни в чем не виноваты перед ним.

– Он пришел, потому что знал, где я, потому что я хотела поговорить с ним. Если б я смогла убедить его, что опасность слишком велика.