Беккер запихнул меня в номер — я сразу отбежала на безопасное расстояние.

— Кир, я просто пошутила, — а что я еще могла сказать.

— Молчи, Юля. Лучше молчи, — Кир так нехорошо на меня смотрит. — Снимай.

—Кир.

— Снимай! — рявкнул Беккер.

Смотрю на Кирилла и не могу узнать — жестокость в глазах мужчины зашкаливает. От его взгляда хочется спрятаться. Мир поехал и потемнел, в голове шум. В груди странная тяжесть и давит. Ощущение, что кровь перестала течь по жилам — всё немеет. Держусь одной рукой за стену — иначе упаду. Слабость, всю трясет. Ноги подкашиваются, и я падаю.

Медленно открываю глаза, за окном уже ночь. С усилием приподнимаю голову, я в номере Кирилла, лежу на его кровати. Чувство, что меня били палками — всё тело ломит. Вспоминаю, что грохнулась в обморок. Раньше со мной такого не случалось.

На ощупь включила лампу. Комнату осветил тусклый свет. Приподнялась и заметила: Кирилл сидит в кресле. Выглядит он, мягко сказать, не очень. Весь бледный, в мятой одежде, волосы взъерошенные.

— Как ты себя чествуешь? — Кирилл пересел на край кровати.

— Пить хочу.

Беккер налил воды, помог сесть и поднес стакан к моим губам.

— Кир, я не настолько беспомощна, — даже улыбнулась, так трогательно за мной ухаживала только бабушка. Забрала у Кира стакан и попила самостоятельно.

Кир так странно смотрит, как будто в чем-то виноват и хочет загладить вину. В его глазах столько сожаления. Хотя кто и должен раскаиваться, то это я. Мужчина помог мне лечь обратно.

— Юля, ты специально меня провоцируешь, — сказал Кирилл абсолютно спокойным голосом.

В ответ я лишь кивнула головой.

— Не делай так больше, этим ты ничего не добьешься, кроме того, что лишь разозлишь меня. Я не откажусь от тебя ни при каких условиях, а вот ограничить твою свободу очень даже могу. Но я считаюсь с твоим мнением и не хочу ни к чему принуждать. Я согласен ждать, сколько потребуется, но если ты и дальше продолжишь в том же духе, мне придется принять меры, — Кир встал. — Прошу, подумай над моими словами, — он вышел из номера, и я осталась одна.

Первый раз в жизни не знаю что делать, с одной стороны меня тянет к Киру, а с другой шестое чувство подсказывает бежать от него без оглядки. А он тоже хорош — решил, а меня просто в известность поставил. В первый раз хоть намекал, а сейчас в открытую заявил, что возьмет своё в любом случае.

На что он может пойти — неизвестно. Такому человеку как он, многое может сойти с рук. А что, посадит меня в «клетку», и сидеть мне в ней пока не надоем. Меня даже искать некому.

Голова всё равно еще немного побаливает, надо поспать — «утро вечера мудренее».

Выключила свет и лежу. Подушка и одеяло, точнее вся постель, пахнет Кириллом. Обняла подушку, уткнулась в нее носом — и вдыхаю. Так вкусно и так знакомо.

Потянулась так тепло и удобно. Открываю глаза, а я самым бессовестным образом прижалась к спящему Кириллу и ноги на него сложила. Привстала на локоть и смотрю. Он когда спит еще красивее, лицо расслабленное такое, умиротворенное.

Провела по щеке Кирилла рукой — небольшая щетина приятно колется, слегка потеребила жесткие волосы. Кто бы мог подумать, что разглядывание мужского тела может доставлять столько удовольствия. А тело у Кирилла идеальное — широкие плечи, массивная грудь и в меру накаченные руки.

Так захотелось погладить загорелую кожу, почувствовать её мягкость, ощутить тепло. Не сдержалась. Сначала провела ладонью по его руке, затем перешла к плечам, моя рука уже лежит на плоском животе. Дыхание у мужчины ровное — сон крепкий.

Нагнулась и, слегка касаясь носом, вдыхаю аромат — Кир пахнет просто потрясающе, а моя рука всё ползёт вниз и уже под одеялом. Упс. А Беккер то нагишом. Интересно он весь такой идеальный, без дефектов? Аккуратно приподнимаю одеяло — и быстро возвращаю его на место: «Ог-о-о-о» — оказывается, спит — то только Кирилл.

Что я творю! Мало того что, всего пощупала, а теперь еще и подглядываю. Стыдоба. Осталось только себя предложить. Надо остановиться и аккуратно, не разбудив Кирилла, убрать от него подальше свои ноги, руки, а главное глаза, и встать.

Одним глазком только взгляну и всё. А то мало ли, может показалось. Поддев одеяло двумя пальцами, сделала небольшую щелочку.

— Можешь потрогать, — сонный и очень довольный голос оповестил, что меня поймали на месте преступления.

Замерла, если можно было бы испариться, я бы это сделала, но увы, придется смотреть своему позору прямо в глаза.

— И как давно ты проснулся? — решила узнать степень конфуза.

— Точное время назвать не могу, но определенно раньше тебя.

— Какой актерский талант пропадает, — не поворачиваясь к нему, съязвила я от досады.