— Для начала успокойся. Что с тобой? — он оглядел её с ног до головы. — Выглядишь паршиво.

Глупый вопрос для перепуганной девушки, которую недавно похитили и пытали, но Юнги и сам не понял, зачем спросил. С одной стороны его не интересовало состояние девушки на данный момент, но не спросить он не мог.

— Мне… плохо, — будто не зная, как ещё выразить свои чувства, ответила она, опустив голову и тихо заплакав. Мин совершенно не умеет утешать, но зато умеет слушать. Сейчас он собирается поступить именно так. — Это… это действительно сильно пошатнуло меня. Я чувствую, будто моя психика медленно рушится и я схожу с ума… — плача и захлебываясь в слезах, говорила Хёри, вцепившись правой рукой в свою рубашку на груди и начиная мять её в районе сердца.

— Ты не сходишь с ума… — тихо ответил Юнги, тяжело вздохнув. — Его скоро поймают и… всё… встанет на свои места. — Последние слова он еле как выдавил из себя. Это считается подбадриванием? Он только что заверил, что всё будет в порядке? Он и сам знает, что ничего не будет в порядке.

Нервно прикусив губу, парень откинулся на лавочке, задрав голову и глядя на звездное небо. Голова сейчас была забита ненужными и плохими мыслями, о которых он старался не думать до этого.

— Юнги, — Хёри повернулась к нему и опустила голову на его плечо, продолжая тихо плакать. Парень только молча покосился на неё, — ты ведь поможешь мне, если такое повторится ещё раз? Ты ведь не оставишь меня?

Наступила долгая пауза, после чего блондин вздохнул. Он не знал, что ответить на это.

— Ты ведь знаешь, что я не могу ничего обещать, — он не хотел обнадеживать девушку и давать напрасные обещания, которые вряд ли исполнит. Она должна смотреть правде в глаза. Ей не к кому обратиться, но и Юнги не тот, кто будет рядом, когда ей нужна будет помощь. Они не приходятся друг другу никем, а Юнги не заботится о ком-то кроме тех немногих, кто всегда находится рядом. Да, он эгоист и ради неё не собирается меняться. Её влюбленность для него пока ничего не значит. Хёри медленно отстранилась, продолжая смотреть на свои дрожащие руки.

— Кажется… он этого и добивался, — прошептала она, еле двигая губами, что заставило Юнги взглянуть на неё.

— Чего?

— Его цель… свести с ума. Разрушить человека изнутри. Казалось бы… он ничего такого не сделал. Не причинил мне серьезного вреда, но он нанес удар в другом смысле. А это ещё хуже… — тихо говорила девушка, будто и правда какая-то сумасшедшая, покачиваясь взад-вперед и глядя пустым взглядом в одну точку. — Он говорил… что люди, которые однажды нагрешили, должны понести наказание за свои поступки. Он собирается разрушить их жизни, так как они разрушили его…

Юнги о таких слов даже приподнялся и удивленно глянул на девушку.

— И ты говоришь об этом только сейчас? — раздраженно хмурится он. — Ребята были у тебя недавно, почему не рассказала им?

— Он… он внушил мне не говорить, — нахмурилась девушка, будто что-то вспоминая.

— Внушил? — в конец запутался Мин.

— Да… Он приказал мне, и я не могла не послушаться, но сейчас я говорю это тебе, потому что доверяю, — с наивностью в глазах она посмотрела на него. — Он говорил, что вы все… Все ребята замешаны в истории.

— Какой истории?

— Я… не знаю, он не говорил, — замотала головой она. — Сказал лишь, что все дети, то есть мы, все затеяны. Будем страдать из-за грехов старших, а потом… Что было дальше, я уже не помню. Он отключил меня силой внушения, и я очнулась уже на заднем дворе школы, — закончила говорить девушка, а Юнги от всего услышанного только устало потер виски.

— Да кто же этот ублюдок такой, — прошептал он сквозь зубы. — Айщ, как же бесит!

— Мы, наверное, так никогда и не узнаем, — задумчиво ответила Хёри, окончательно перестав плакать. — Я, наверное, пойду, за мной приехали, — девушка кивнула на машину неподалеку, из которой вышла охрана и поспешила к лавочке. — Напрасно я тебя позвала. Извини за это… — обняв напоследок Юнги и виновато взглянув на него, словно раненый котенок, она молча ушла, садясь в машину и уезжая оттуда. А Юнги ничего не оставалось делать, кроме как идти домой, по пути написав смс Тэхену, где детально расписал всё, что он услышал от Хёри.

***

Дженни не спеша шла вдоль тротуара мимо открытых общественных заведений, наполненных людьми. Так было спокойнее, но, к сожалению, дойти до дома она так и не смогла. Вдали показалась мужская фигура. Знакомая фигура. Девушка тут же замерла. Кровь застыла в жилах, а сердце казалось выпрыгнет из груди. Впереди неё стоял отец Юнги. В нетрезвом состоянии и с бутылкой соджу в руках. Пошатываясь, он шел прямо на девушку, а та и с места сдвинуться не смогла, округлив глаза и едва дыша, и смотрела, как он подходит все ближе, пока не остановился в пяти шагах и поднял голову.

— Та девчонка… — он ткнул в неё пальцем, щурясь и пытаясь разглядеть получше в слабом свете уличных фонарей. У девушки упали пакеты с продуктами, а сама она попятилась назад, не сводя взгляд с мужчины, глаза которого словно у зверя начинали темнеть от ярости. — Это ты, паршивка, тогда копов хотела вызвать! Дрянь, а-ну иди сюда! — он замахнулся на Ким, собираясь схватить и как следует поколотить её. Пискнув, Дженни зажмурилась и вся съежилась, ожидая удара, но его не последовало. Вместо этого она услышала треск разбитого стекла, а, открыв глаза, испугано уставилась на мужчину, который, выпучив глаза, смотрел на неё, а потом упал прямо под ноги. Позади него стоял как ни в чем не бывало Юнги, который и был тем, кто треснул отца по башке. Мин хмыкнул, глянув на лежащего без сознания мужчину, и кинул рядом полу-разбитую бутылку, которой и нанес удар.