– Она что, тебе нравится? – опешила Киояма.

– Ну… – засомневался Лайсерг, подумав, что зря он это сказал, – не разобрался еще.

– Она же с Хао, – аргумент!

– Ну дааа, – рассмеялся Лайсерг, – как и еще половина нашего города, пока он ждет тебя.

– Дител, – зашипела Анна.

– Всё-всё, брейк. Ты первая начала. Они расстались, если ты не до-га-да-лась, – покачивая головой, выдал Лайсерг.

– С чего бы? – упрямо буркнула Анна.

– Не знаю, – Лайс пожал плечами, – Может, ей не слишком понравилось, как страстно ты посиживаешь на её парне?

– Проваливай! – заорала Анна, огрев сумкой убегающего Лайсерга. Потом раздраженно выдохнула. Черт, черт, черт! Когда же всё это закончится?!

«Когда ты наконец сделаешь выбор, окончательный и бесповоротный», – услужливо подсказал внутренний голос. Но как его сделать? «Ты же знаешь, чего хочешь. И пока не попробуешь, не успокоишься», – ехидный чертов голос! Просто ты заочно за Хао! «Так и есть, это баланс – сердце за Йо, тело за Хао, так всегда бывает…» Ну уж нет. Я – Анна Киояма, и не поддамся на уговоры голоса и желания тела. В конце концов, разум никто не списывал со счетов.

Мари приплясывала, сидя на стуле, под любимую музыку. На самом деле она пыталась готовиться к олимпиаде, но ничего не выходило. Вместо этого она весело подпрыгивала на стуле, салютуя в разные стороны и потряхивая волосами. И неизвестно, чем бы всё закончилось, если бы в дверь не позвонили. «Мати!», – мелькнула первая мысль, и Мари кинулась открывать.

– Ты!

– Не ожидала? – улыбнулся Дориан.

– Вообще нет, сейчас обед в школе, – Мари пропустила его внутрь.

– О господи, вот ведь как! Это обед. А я-то всё думал, почему никто не учится…

– Ладно, ладно, прогульщик.

– Кто бы говорил, – он наклонился и поцеловал её, Мари со смехом отстранилась.

– Я проспала. Чай будешь?

– Ага. Кстати, смотри, – он расстегнул куртку и вынул маленький серенький комочек. Котенок сразу проснулся от того, что его потревожили.

– О Духи! – взвизгнула Мари, забирая котенка, – Какая прелесть! Откуда это чудо?

– Я так и знал, что про меня тут же забудут, – усмехнулся Дориан, – нашел его. Он сидел на остановке и мерз, и я…

– Бедненький, – перебила Мари, напрочь забыв о Блэке. Она прижала маленькое беспомощное создание к груди и понесла на кухню, – как же ты наверно замерз.

– Да, есть немного, – Дориан пошел за ней.

– Маленький хочет молочка? – сюсюкала Мари.

– Ну раз ты настаиваешь…

– А колбаски? Нет, маленький будет молочко, – Мари аккуратно посадила котенка на мягкое кресло и кинулась подогревать молоко.

– Не то чтобы я на что-то претендую, – Дориан развел руками, – но…

– Ты такой молодец! – Мари подлетела и обняла его за шею, – Хорошо, что ты принес его, он бы совсем замерз, бедняжка.

– Да-да, я ангел во плоти, я знаю.

– Он такой милый, – Мари снова ушла к котенку, – Как же тебя назвать, малыш?

– Предлагаю назвать его чайником! – радостно возвестил Дориан.

– Да иди ты, – отмахнулась Мари, присев на кресло.

– Ну, тогда серый кардинал. Смотри, он же серый, – Блэк прошел, опустился на корточки перед девушкой и сложил руки на ее коленях. Мари гладила котенка, который радостно мурлыкал.

– А вдруг это девочка?

– Не, это мужик. Вон, видишь…

– Мальчик так мальчик, – перебила Мари, Дориан рассмеялся, – как же его назвать… Может в честь тебя? Ты же его нашел.

– Хочешь назвать его зайчиком?

– Аа, замолчи, – рассмеялась Мари, – дай молоко вытащу, он кушать хочет.

– И не он один.

– Да погоди ты, сначала маленьких накормить надо.

– Убедила, – он притянул её к себе и нежно поцеловал в губы.

– Мм, – Мари отстранилась, налила молоко в стакан и засунула в микроволновку, чтобы подогреть. Потом вылила всё в блюдечко, поставила на пол, взяла котенка и поднесла его. Он понюхал, ткнулся носом, поднял вверх хвост и медленно отошел, шатаясь на тонких ножках. Дориан рассмеялся.

– Ну давай же, – буркнула Мари, возвращая упрямое создание к блюдцу счастья.

– Да отстань ты от него, сам придет.

– Может он просто не умеет, – настаивала Мари. Она обмакнула палец в молоко и подставила котенку. Он понюхал, и быстро облизал, – вот видишь! – победно улыбнулась Мари, когда маленький наконец начал лакать, периодически тыкаясь носом и громко фыркая.

– Предлагаю назвать его неумёха 2010, – констатировал Дориан.

– Он же маленький еще! – возмутилась Мари, включая чайник, – Тебе чего?