– Хао, ты чего? – опешила Мати.

– Ловлю момент, – он запустил руки ей под платье, раздвигая ноги.

– Совсем сдурел? – завизжала Мати.

– Асакура, прекрати! – Дител начал оттаскивать его от девушки.

– Давай же, детка, – ворковал Хао, Мари визжала всё громче, Мати колотила Асакуру по спине.

– А ну не трогай девку! – послышался громкий раздраженный голос.

– Так и думал, – Хао легко отпустил Мари. Она дернулась в сторону и поправила платье.

– Ну и что это было? – яростно спросила Мати, скрещивая руки.

– Прости, малышка, – Хао кивнул Мари, – они не покинут свой праздник ради нас. Но если изнасилование начнется, выбора у них не останется, – он развел руками. Мари всё ещё обиженно смотрела на него, руки у нее тряслись, а в горле пересохло.

– Фу, – выдохнул Лайсерг, – предупреждать надо о таких вещах…

– Мне нужна была живая реакция, – спокойно ответил Хао.

– А если бы там и впрямь никого не было? – нервно спросил Дител.

– Ну, Мари пришлось бы нелегко, – он усмехнулся, Мати громко фыркнула и закрыла собой подругу.

– Ты больной, Асакура! – гневно выдала Маттис.

– Зато умный. И вообще, следи за выражениями.

– Тихо вы! – шикнул Лайсерг, – кто-то идет, кажется. Эй! – он постучал по дверям лифта, – Мы здесь!

– Да знаем мы, – ворчливо ответил женский голос, – И ведь мало того, что дома не сидится, еще и вытворяют черт-знает-что!

– Можно подумать, вы не этого ждали, – высокомерно отозвался Хао. Тут их так резко тряхнуло, что Мари охнула от неожиданности, и лифт медленно начал двигаться на этаж. Наконец его вытащили больше, чем наполовину, и рабочие силой начали раздвигать двери.

– Ого! – присвистнул один из них, – никак богатые детки? – он усмехнулся, глядя на платье Матильды, костюм Лайса и дорогущее длинное пальто Асакуры.

– Да-да, – раздраженно ответил Хао, – дайте пройти! Хватит прятать её, – он вытащил Мари из-за спины подруги, – пойдемте уже.

– А всё-таки стоило посмотреть, чем у них дело кончится, – саркастично заключил кто-то из рабочих, с интересом разглядывая Фауну.

– Разве можно ходить так зимой? – женщина укорительно покачала головой.

– У нас есть с собой верхняя одежда, – вежливо ответил Лайсерг, не дав Хао вставить очередную грубость, – мы оставили всё в машине.

– В самом деле, – вмешалась Мати, – спасибо вам огромное, но нам некогда, нас ждут, – и, словно в доказательство её слов, у Хао тут же зазвонил мобильник.

– Да, Пили? – Асакура устало вздохнул, – всё в порядке, мы скоро будем. Да, немного задержались. Вы уже там? Ну и отлично. Да, давай.

– Спасибо еще раз, – поблагодарил Лайсерг, мягко подталкивая Мати к выходу, – вы спасли наш праздник! – и они наконец удалились в сторону супермаркета.

– Мари, прости, – тихо сказал Хао, склонившись к ней. Они уже ехали в особняк Кино и Йомея, Лайсерг был за рулем, Мати сидела на переднем сиденье.

– Всё нормально, – ответила девушка, – но…

– Знаю, – Хао чуть кивнул, – я не удержался.

– В следующий раз…

– А он будет? – резко перебил Хао.

– Нет, разумеется нет, – поспешно ответила Мари.

– Я понял, да.. Держать свои руки при себе.

– Именно, – отозвалась Мари, взглянув наконец на него. Он сидел, откинув голову на спинку сиденья, и рассматривал её лицо.

– И хватит смотреть на меня, – быстро отвернувшись, раздраженно сказала Мари.

Приехали они довольно быстро. Меньше чем через полчаса Хао уже довольно скинул с себя пальто, и пошел искать Анну.

– Фудо! – Мати кинулась к нему на шею.

– Где вы пропадали? – спросил подошедший Дориан.

– Задержались в магазине, – уклончиво ответила Мари, целуя его в щеку. Лайсерг тактично промолчал.

– Пилика, по-моему достаточно, – Анна сморщила нос, отодвигая фужер от подруги.

– Мне для храбрости, – нервно ответила Пилика.

– Скоро ты совсем потеряешь способность связно разговаривать! – воскликнула Анна.

– Слышу такой милый сердцу голос, – Хао со смехом зашел на кухню.

– Вы вернулись наконец! – Пилика вскочила и обняла его.

– Ага, можем начинать праздник, – радостно сообщил Хао.

– Надо всех позвать, – решила Пилика, – где мы сядем?

– В гостиной. Найди Йошу, пусть поработает на благо одноклассников. А-а, – Хао качнул головой Анне, тоже поднявшейся на ноги, выпустил Пилику и загородил собой проход.