"Эддер" благополучно не влезал в челнок, зато влезал в грузовой отсек большой посуды; его просто прицепили тросами и так потихоньку отволокли на орбиту; аппарат был настолько дохл, насколько это возможно. Запихнувши этот артефакт, поспешили отправиться, так как кошцы непрерывно щебетали и носились по кораблю, прыгая от стены к стене, и дальнейшие задержки вероятно грозили им проблемами с умишком. Взрыкнув двигунами, судно достаточно лихо развернулось и ушло в космос.

Оставшиеся же занялись работой...

– Вы мне это прекратите, - заявила Карина, - Работа есть затрачивание энергии на преодоление сопротивления. То есть если мне действительно захочется поработать, я не буду открывать дверь, а буду преодолевать сопротивление, пока лоб не разобью. Тупь же.

– Эк ты Каринушка выносишь мозг, - вздохнул оверлункс, - Ты имела ввиду что-то конкретное или так?

– Мм... Пожалуй так.

– Как я благодарен Дез за то что она родила тебя, пушистую чёрную дурочку, - сгрёб её в охапку оверлункс.

– Как я благодарна Твину за то что он вырастил тебя, идиота, - засмеялась та.

Ухахатываясь, они всё таки приступили к процессу, тобишь испили чаю. Не испить его было просто невозможно, ибо испивался он уже сотни тысяч раз до и после этого. Далее начались, как и было предусмотрено планом, крупные перемещения оборудования и лежащих кучами материалов. Для этого использовали электротележки большого размера, катавшиеся по дорогам внутри бункеров. От этого поднималась пыль, стоял грохот и вообще, несмотря на наличие трёх носов как самый максимум, создавалась атмосфера ударной стройки. В общем крутились-то два носа, а Дез сначала проверила как поживают зверьки и растения, что заняло у ней немало времени, а затем занялась добиванием геометрической задачи про шестиугольник и выгнутую поверхность.

– Объясни мне, откуда ты взялся?
– говорила она четырёхлапому волку, сгоняя животное от компа, - Ты понимаешь что ты дразнишь вот этими боками, и блин находишься недалеко от сковородки!

Жывтоне однако не впечатлялось и продолжало лезть под лапу и слюнявить саму Дез и клаву компа. Этот абсурд прекратился только тогда, когда в помещение прилетел крупный жёлто-зелёный попугай, приподнял хохолок и заорал "Пепяка!!! Жепь!! Жееепь!!". Этого не потерпел уже волк, бросившись ловить птицу, так что ксенонка получила возможность проржаться и вернуться к теме.

– -------------------------------

торговая станция ОЖиР Халувин

...

По прибытию Твин был вынужден заняться столь унылым делом, как отправиться в контору и доложить об успехах; ради того чтобы эт-самое и расширения кругослуха, с ним присутствовала и Инла. Расширение было наморду, так как оверлунксша круглыми глазами смотрела на старинные кирпичные дома под жестяными крышами, к которым посетители подъезжали со сверхсветовыми скоростями на Ек-транспортерах. Мимо крыльца конторного дома вместе с грузовиками на антигравах прокатывались кареты, типа запряжённые лошадьми, и велосипедисты на агрегатах с огромным передним колесом; напротив и рядом по фальшулице над дверьми висели также весьма знаменательные вывески: "Буффонада, ЦиркЪ!", "Цирюльня" и тому подобные.

Дверь в кабинет Угрума категорически отказывалась открываться, так что Твин достал мазер и стал колотить в тонкую фанеру ручкой:

– Эй ты, жирный скользский ублюдок!! Долго я буду ждать, пока ты подымешь своё жабье гузло?!

– Уй, к чему так жёстко?
– удивилась Инла.

– Почему жёстко?
– ответно удивился Твин, - Я же в хорошем смысле!

– По балде себе постучи!
– ответили из-за двери, - Открывай верхнюю половину, тупица!

Оверлункс щёлкнул шпингалетом, соединявшим вертикальные половинки двери, и открыл верхнюю. Было понятно, почему не стоит открывать нижнюю - почти по её уровень в кабинете стояла вода.

– Тёплая, - попробовал лапой Твин, - Полезешь?

– А...
– клацнула челюстью оверлунксша, но мотнула головой и перелезла в бассейн.

Она могла предположить, что кабинет приспособлен для затапливания и например в нём нет ничего, что могло бы от воды испортиться. Она могла, потому что не имела счастья ( или повезло, как посмотреть ) работать с тоадоидами. На самом деле кабинет был обычный, и к затапливанию был приспособлен только сам Угрум: стол и стулья коробились и гнили, на потолке от конденсата коротило лампу, а бумажные документы, столь любимые жабократами, жили в ящиках от силы пару часов, после чего превращались в кашу. Само жабо ничуть этого не смущалось, водя "мышью" под водой; мимо лапы проплывали рыбки. Вздохнув, оверлунксы кое-как устроились в воде поудобнее, и воспользовавшись случаем сполоснули шерсть - вода располагала, так как была относительно чистая и тёплая.

Твин начал излагать, какие результаты принесло исполнение предложения под соответствующим номером, честно сказал что угробили танк, гравипушку и ещё немало чего по мелочи, но всё это уже покрыто стоимостью захваченного зартония.

– Щищас пощитаем!
– квакнул жаб, с брызгами грохнул на стол счёты с костяшками и стал щёлкать ими, записывая стилусом по экрану, которому было до лампочки оводнение.

Пощитал он довольно быстро, хотя как заметила шокированная Инла, на экране появлялись записи типа 1240х23=1000х20+200х20+... , а об умножении в столбик и речи не шло. Сделав калькуляцию, Угрум напечатал на компе бланк с подробным списком того, сколько и с какого рожна темнушкинцы ещё должны вернуть организации. Пожав на этом друг другу загребущие лапы, жабократы распрощались. Оверлунксы выбрались из бассейна и постояли на сушилке, дабы не подхватить насморк.