Я даже глаза от книги подняла. Нет, ну как же цинично! Да, они предатели! Да, спалили наш дом! Да, меня ранили, но ты же их уже убил! Зачем так плохо о них отзываться? Что это изменит? Мы все и так в Аду сгорим, зачем же ухудшать бедственное положение?

 — А я слышал, что Тардус совсем недавно навещал нашего Бюрта, — подал голос Тур. — Интересно, что именно после этого его сын затесался в ряды смертников.

О, как.

 — Думаешь, он сам отдал ему своего сына? — Лорин казался ничуть не удивлённым. — Сомневаюсь, тут что-то другое.

Вот тут я была с Лорином согласна. Своего сына да в лапы того прощелыги?!

 — Другое? Может, старейшины замешаны в этом? — голос Морика был серьёзным.

 — Доказательств нет, свидетелей тоже, поэтому знать наверняка мы не можем, — подытожил Лорин. — Будем держать уши востро.

Он иронизирует или?..

 — Кстати, на какое число назначен суд?

Суд? Какой суд?

 — Через две недели состоится первое заседание.

 — А за это время Бюрт всеми способами попытается тебя убрать, чтобы судиться не с кем было, — тут же заворчал Морик. — Может быть, тебе стоит уехать из города?

 — Ага, спрятаться в какой-нибудь норе и ждать, когда ваша кровь пропитает землю, чтобы я смог вернуться? — этот негромкий смешок не предвещал ничего хорошего. — Отличный вариант, моя подбитая крольчиха уже готова к длинному пути.

А вот тут обидно было! Кто крольчиха?! Да, подбитая, но… И какой ещё путь?! Да я до туалета три часа ползти буду! Пока до главных ворот дотащусь, всё уже решится, и пора будет возвращаться! Гад. Не буду с ним больше целоваться… фу, даже в голове как-то боязно стало. Хотя признаю, приятно было. Ну, сами поймите: я ранена, разбита и расстроена, а тут такое проявление нежности! Наверное, только чёрствая чурбанка устояла бы.

 — Твоя подбитая крольчиха — это ещё одно доказательство того, что тебя пытаются спровоцировать! — повысил голос Морик. — Раз живёшь с ней, значит дорожишь! А если дорожишь, значит будешь страдать, когда её не станет! Сам же это понимаешь!

Так. Становится интересно.

 — И что же ты предлагаешь? — этот тон был мне знаком, поэтому я уже мысленно представляла, как Морик прохватывает подзатыльник или ловит надменно-уничтожительный взгляд.

 — Пусть Богдана поживёт какое-то время у нас, — выдвинул своё предложение смелый бородач. — Мелинда не против, да и она всегда дома, присмотрит за ней если что.

Опа-на. Чувствуете? Свободой потянуло… Тонкий аромат слегка коснулся моего носа. Да и вариант был неплохой!

 — Нет, — это было так легко и обыденно, что я почти не расстроилась.

…запах не свободы, а разочарования.

 — Что «нет», Лорин? — не отступал мой почти спаситель. — Ты будешь постоянно на работе, Кары тоже не будет, а Кай ей все нервы истреплет! Да и тебе спокойней будет, она всегда будет под присмотром Мелинды.

Давай, Морик, дожимай его! «Гасите белобрысого!» — чуть ли не эхом разнеслось у меня в голове.

 — Нет, — вновь всё с той же простотой отозвался альфа.

Я опять разочарованно выдохнула. Козёл упрямый.

 — Да что ты вцепился в неё, как собака в кость?! — распалился отчаянный защитник слабых и убогих. — Её же убить — проще простого! Рявкни погромче, и она в обморок свалится! Тебе самому-то её не жалко? Пусть утрясётся всё, купишь дом и заберёшь её! Или она так шикарно готовит, что заменить Богдану некем будет? Если они и сюда заявятся, а тебя не будет?

Такая драма разворачивалась, что я даже книгу отложила. Морик, ты — мой герой. Даже если ничего не получится, ты всё равно им останешься! Хоть кому-то я не безразлична!

 — Не-е-т, — на этот раз Лорин это мерзкое слово протянул.

Поджала губы и почесала затылок. Сначала родилось упрямство, а только потом Лорин!

 — Хорошо! Давай её спросим?

О, а вот этого делать не стоит.

Я сразу как-то вся сжалась. Меня? Серьёзно?

 — Зачем? — не понял Лорин.

 — Пусть она сама скажет, где ей лучше! — распалился Морик. — Может быть, её ты послушаешь!

Ой, нет… нет… не меня!

Поначалу стояла тишина. Через несколько секунд раздался скрип отодвигаемого стула, и я нервно попыталась поднять книгу с колен, дабы сделать вид, что я усердно читаю, хотя сердце от страха быть застуканной за невольным подслушиванием просто дрожало ого-го как.

«…подняв с пола блестящую вещицу, мальчик потёр её о серую рубаху и поднёс к свету, чтобы получше разглядеть находку…» — успела прочесть я прежде, чем в гостиную вошёл Лорин.

Следом пришёл Морик, а Тур видимо решил не учувствовать в этом спектакле.

Я медленно подняла на двух ликанов свои глаза.

 — Богдана, ты бы хотела пожить какое-то время у нас? — бородач смотрел на меня с добротой во взгляде, хотя некая раздражительность тоже присутствовала. Хорошо, что она предназначена не мне.