— Я хочу домой, — прошептала я, держа свой лоб на коленях. — Я хочу домой…

Повисла пауза. Слышала его дыхание. Он сидел рядом со мной на корточках.

 — Иди ко мне, я тебя отнесу, — его руки коснулись моей головы и руки. — Позволь мне…

 — Я хочу к себе домой! — с нажимом выдала я, дёргаясь от прикосновений ликана. — В свой город, в свой дом.

Руки его замерли. Чувствовала горечь во рту. От всей этой ситуации или потому что меня рвало. Кто знает?

 — Я же тебе говорил, что нужно было сказать им сразу, — тихо заговорил Лорин через минуту. — Они так себя вели сегодня потому, что не знали. Да и пьяные все были, а вокруг обстановка накалённая…

 — Да плевать мне на них, — сжала я челюсти, продолжая обнимать себя, ощущая холод. — Отправь меня домой, ты же можешь.

Я это знала. Лорин может. Он же не последний ликан в этом городе! Подстроит мою смерть в конце-то концов! Дело в желании! Он всё сделает, нужна лишь веская причина.

 — Я не могу.

Я зажмурилась, разбитая отказом. Почему-то мне казалось, что Лорин всё понял, после того, как меня чуть ли с грязью не смешали на его глазах. Причём его же друзья. Я правда думала, что он передумает. Да, нам было хорошо вместе, пока мы не выносили своё маленькое солнышко наружу. Дома всё было по-другому. Я радовалась и нежилась в руках такого прекрасного мужчины. А когда мы вышли… наше солнышко померкло, его просто затопили дождевой водой. И ничего не осталось. Я чувствую лишь печаль какой-то утраты. Так была счастлива с утра, что мы вместе с ним куда-то выбрались… Может, мы могли бы выбираться с ним в «свет» почаще, но… я же человек. Его не поймут.

 — Тогда ты мне никто, — бросила я злые слова. — Иди в свой дом и живи там, а я буду сидеть тут и ждать, когда меня найдут и вытурят отсюда за ненадобностью.

Была крохотная надежда. Знаю, что никуда меня бы не выгнали. Отвели к старейшинам, где мне попытались бы вправить мозги. Быть может, с ними мне удалось бы договориться? Буду своим шпионом, буду каким-нибудь сопровождающим или… Да всё равно кем! Они меня, наверное, пристроят куда-нибудь… туда, откуда можно будет сбежать.

 — Не говори так, пожалуйста, — почувствовала сначала дыхание на тыльной стороне ладони, а потом и нежный поцелуй.

Я отдёрнула руку. Мне было противно. Наверное, от выпитого сегодня, но… чувства были почти реальными. Лорин стал мне противен. Мне даже казалось, что он специально всё подстроил, чтобы меня унизили так в таверне. Чтобы я почувствовала себя жалкой и никчёмной. Это было странным деянием, лишённым логики и смысла, но… А вдруг ему это нравится? Смотреть, когда кто-то страдает?

 — Хватит, Лорин, — бросила я, силясь вернуть сон. — Я больше не хочу играть в твои игры.

 — Какие игры? — сразу же поинтересовался он тихим и каким-то подавленным голосом.

Раздражает. Будто он не знает. Но мне не хотелось всё рассказывать ему. Он не поймёт, не станет слушать или отнесётся несерьёзно.

 — Не хочу с тобой разговаривать, — ещё сильнее сжалась я, пытаясь согреться.

Попа, ноги и поясница задубели. Я заболею. Или с пьяными ничего не происходит? Мужчины же как-то спят на земле и ничего. Вот и я буду. Я давно уже не леди, а скоро, наверное, и девушкой перестану быть.

Почувствовала, как он сел рядом со мной. Справа. Я не стала отползать от него, была слишком слаба и расстроена. Ничего мне не нужно.

 — Я же тебе предлагал сказать им всю правду сразу, — забормотал ликан, осторожно прикасаясь к моим ногам. — Они изменятся, когда узнают.

 — А сейчас я не достойна нормального отношения? — сорвалась я и всё же спросила.

Его рука замерла на моей икре. Пусть трогает. Я к его прикосновениям привыкла, правда, сейчас они мне всё же были в каком-то роде противны.

 — Зачем ты это спрашиваешь? — устало вопросил мужчина. — Ты же сама знаешь ответ.

Я его знала, он был прав. Я — человек.

 — Я не буду говорить твоим друзьям ничего, понятно? — разозлилась я, шмыгая носом. — Если они не относятся ко мне, как к… к равной, то и твоё признание в такой большой ошибке ничего не изменит. Может, станут мне лживо улыбаться, а может и нет?

Говорила будто сама с собой. Я ощущала одиночество. Не душевное, а физическое. Я одна. Один человек здесь. Кошка среди собак. И всё. Кому я там интересна? Кому я нужна? Бред это всё.

 — Почему ты возвращаешься к началу? Почему заводишь старую тему, на которую мы уже нашли ответ? — не понимал он. — Я ведь сегодня вступился за тебя, показал своё отношение к тебе… Они больше не будут тебя донимать, они всё поняли.

Он мне надоел. Просто вывел. Хотелось кинуться на него с кулаками. Как тогда. Но сейчас эмоции отличались. Мне просто было неприятно с ним говорить и всё. Поэтому мне пришлось с кряхтеньем подниматься на ноги. Держась за забор, кое-как выпрямилась. Лорин тут же оказался сбоку и попытался обнять меня или поднять на руки, не знаю, но я взбрыкнула, отталкивая его от себя. Противно. Просто погано на душе и всё.

Обхватив себя за плечи, побрела куда-то по дорожке. Смотрела себе под ноги, изредка спотыкаясь и засыпая.