…Гедимин лежал на расстеленном на полу толстом полотенце и блаженно жмурился, чувствуя, как горячий пар обволакивает промёрзшее тело. Сверху на его поясницу, поджав под себя ноги, уселась Лилит, но её вес не мешал сармату — воздействие на позвоночник и спинные мышцы было даже приятным. Дверь в предбанник была приоткрыта; группа сарматов, пробывших в горячей части душевой слишком долго, вышла туда, и теперь оттуда доносились обрывки обсуждения недавних заплывов.

— Надо нам у себя такое устроить, — говорила Мика. — Подальше от насосных станций. Есть хорошие тихие места вдоль восточного берега.

— И никаких комитетов, — буркнул Иджес.

Дверь открылась полностью, и в душевую заглянул Линкен. Увидев сарматов, он весело хмыкнул.

— Эй, атомщик, твоя спина ещё цела?

— Всё в порядке, — отозвался Гедимин, слегка повернув голову. — Как там приборы?

— По разобранным непонятно, — ответил взрывник. — И надо же тебе было за ними лезть!

— Это же просто прохладная вода, — еле заметно усмехнулся Гедимин. — Ты бы испугался прохладной воды?

— «Прохладная вода» рассадила Айзеку лицо, — буркнул Линкен. — А могла ударить под череп. Всплыть бы ты не успел. За сарматом я полез бы. Но не за железякой!

— А вот макаки так же думают о нас, — Лилит соскользнула со спины Гедимина и выпрямилась. — «Кто полезет за механизмом, сделанным из слизи? Пусть дохнет!» Лежи, атомщик, я проверю приборы.

Она вышла из душевой. Гедимин нехотя перевернулся на спину и сел. Сармат, неподвижно лежащий на полотенце у другой стены, зашевелился, и ремонтник повернулся к нему.

Айзека принесли сюда ещё до того, как Гедимин пошёл искать на дне озера утонувшие механизмы, и он успел оправиться от утопления и из синего стать рыжим, как венерианец. Пока ремонтник плавал, сарматы нашли медика; свежий шов на лице Айзека выглядел очень аккуратно — Гедимин был практически уверен, что через неделю от раны останется узенькая белая полоска, но вот нос сармата навсегда потерял прежнюю форму.

Поймав взгляд ремонтника, Айзек поднял руку и помахал расслабленной кистью — «всё в порядке». Гедимин кивнул и выбрался из душевой.

Разобранный и выложенный на просушку под тёплый воздух эхолокатор уже не был покрыт испариной; пульты управления выглядели хуже. Модели подводных лодок с незначительными повреждениями уже забрали с просушки и унесли; большая часть сарматов разошлась по своим делам, в душевой остались Шекеш, Астиаг и двое сарматов из барака, где жил Айзек. В тот момент, когда Гедимин отвлёкся от изучения эхолокатора, дверь на улицу открылась, и вошёл ещё один поселенец, полностью одетый.

— Я связался с комендантами, — сказал он, кивнув Линкену. — Никто не против, если вы все останетесь в Порт-Радии на ночь. В нашем бараке уже нашли семь мест, и комендант обещал дать матрасы.

Гедимин мигнул. «Ночевать в Порт-Радии? Ещё одно место, где я немного проживу,» — думал он, надевая тёплый комбинезон. Одежда лежала в сушилке по соседству с приборами и успела хорошо прогреться. «Перед сном успею собрать эхолокатор. Надо подумать, как сделать такой же для Ураниума. Если самки устроят у нас такие соревнования, эхолокатор пригодится.»

«Конечно, я знаю, что такое Плейстоцениум. У нас говорят, что «макаки опять украли всё у Ассархаддона», что без его наработок по генетике им никогда не воспроизвести бы геном вымерших животных, но я думаю — это ерунда. В конце концов, им не понадобились ничьи чужие технологии, чтобы сделать нас — в том числе и Ассархаддона. Есть ещё один очень интересный проект, с ним сейчас работают в Австралийском Университете Монаша. Они намерены воссоздать мегафауну Австралии. Их экспедиции перекопали весь континент вдоль и поперёк, и ходят слухи, что в их лаборатории в Даджарре уже содержится живой тилацин. Одна проворная мартышка даже сфотографировала его, но я думаю — это подделка. Можешь сам посмотреть вот по этой ссылке. Выглядит как сильно заретушированная дикая собака, привставшая на задние лапы. Я бы дорого отдал за то, чтобы лично выбраться в Даджарру! Если у них получится, это будет настоящий прорыв — воссоздание генома практически по намёкам и предположениям, без капли сохранного материала. Почитай про Даджаррский проект. Мне кажется, тебе понравится. Тебе всегда нравились невозможные проекты.»

Гедимин прошёл по ссылке, с неё перебрался на несколько связанных страниц других проектов Университета Монаша, почитал немного об экспериментах в Институте Вистара, оценил сеть расходящихся ссылок на сходные проекты в других странах и в недоумении пожал плечами. «Это очень большая работа, и вероятность успеха невелика. И даже если у них получится… Интересно, зачем им это? Вымершие животные… Я не понимаю, какая от них польза.»

Он хотел обсудить странности «макак» с проснувшимися сарматами, но дребезжание под потолком сбило его с мысли.

— Внимание! — объявил комендант. — Всем, кто слышит, немедленно подняться в кинозал! Через пять минут — экстренное выступление мэра Ураниум-Сити!

Гедимин изумлённо мигнул. «Что-то новое. Может быть, Маркуса убили? Но тогда выступал бы кто-то из координаторов… Ладно, скоро узнаю.»

Не тратя времени на переодевание, он вышел в коридор в чём был — в данном случае это оказался нижний тонкий комбинезон, светло-серый с красными полосами. Крепления для инструментов на нём были не предусмотрены, но ремонтную перчатку и рацию Гедимин всё-таки прихватил — первое закрепил на предплечье, второе затолкал в нагрудный карман. Другие сарматы, вывалившиеся в коридор, выглядели не лучше.