Сарматы заухмылялись. Строитель фыркнул.

— Убьют. Они стоят у ограды, когда ничего не происходит. Но если кто-то на них смотрит или показывает жесты, — они сразу сбиваются в толпу и разворачиваются. Будто ждут повода для стрельбы. Я переведусь с этой площадки. Постоянно ждёшь выстрела в спину. Надоело.

Второй кивнул.

— Слышал? — Линкен посмотрел на Гедимина. Тот пожал плечами.

— Охранники — не для того, чтобы с ними дружить. Сам говоришь, что все люди смотрят на нас одинаково.

— Мне не нравится то, что они затевают, — угрюмо сказал Линкен. — Смотрят все одинаково, но не все готовятся стрелять. У вас у всех есть заточки?

— У нас есть даже бронеходы, — хмыкнул строитель. — Жаль, из ямы быстро не выберешься.

— Можно и без бронехода, — Линкен положил руку на плечо Гедимина. — Атомщик, расскажи им, как обесточить экзоскелет. У них одни «козы»? Даже если нет — любой «Шерман» вскрывается куском фрила. Научи их, атомщик.

Гедимин хмуро посмотрел на него.

— Опять готовишь восстание? Расстреляют. И их, и тебя.

— Никаких восстаний. Обычная самозащита, — ухмыльнулся взрывник. — Макаки любят расстреливать безоружных. Хочу испортить им удовольствие.

«В этом эксперименте мне особенно интересно поведение образца сурьмы — из-за известной вам двойственности её свойств…» — Гедимин ещё раз перечитал начало фразы, пытаясь сосредоточиться на письме из Лос-Аламоса. В другое время он прочёл бы его с огромным интересом и полным вниманием, но сейчас в двух шагах от него Линкен вполголоса рассказывал что-то Исангеру, и все сарматы научного центра собрались вокруг.

— Охапку ледышек в подштанники? — недоверчиво повторил Исангер. — А он что? А остальные?

— А что сделаешь, когда броня обесточена? — ухмыльнулся Линкен. — Когда остальные подошли, там был только он. Со всеми своими выделениями и растаявшими ледышками. Спрошу, был он сегодня на посту или нет. Макаки — они такие хрупкие…

«Всё-таки устроили вылазку,» — подумал Гедимин, отключая смарт. Глайдер уже выезжал из ворот и разворачивался боком к платформе, на которой дожидались рабочие. «В бараке дочитаю,» — решил сармат. «Без Линкена.»

…Делать чертежи на ходу было неудобно — платформу к глайдеру прикрепили неудачно, и она болталась, а вместе с ней качались сарматы — но Гедимин кое-как вывел несколько прямых линий и показал получившееся Айрону.

— Вот так будет выгля… Хэ!

Что-то тёмное и липкое шмякнулось на его шлем и сползло на защитную маску.

Гедимин смахнул помеху и с удивлением взглянул на пальцы, выпачканные чем-то вязким, желтоватым, вытекающим из расплющенной упаковки. Что-то пролетело над его плечом, и сзади кто-то сдавленно зашипел и, оттолкнув сармата, шагнул к краю платформы. С обочины послышались смешки, свист и радостные вопли. Гедимин повернулся на шум и увидел охранников «Локхида» — они стояли у ограды, свистели и улюлюкали. Ещё два предмета пролетели над платформой. На комбинезон сармата посыпались крошки — остатки какой-то «мартышечьей» еды.

— Ха, слизь! Вот вам, беломордые! Давай сюда, я кину, ну, давай же… — охранник, которому не досталось места у ограды, протянул руку над плечами товарищей, высунул руку из брони и показал сарматам отогнутый средний палец. Гедимин сложил пальцы колечками, изобразив обезьяньи уши. Охранники завопили громче прежнего. Один из них зачерпнул с земли ком грязи и бросил в платформу.

— Слизистый ублюдок!

— Hasu! — выдохнул Линкен, плечом отодвинув Гедимина. — Atta» ahqa!

Кусок фрила врезался в лицевой щит ближайшего охранника, и стекло подёрнулось трещинами. Гедимин сам не ожидал, что бросок будет таким удачным. Линкен толкнул его в плечо, но охранникам было не до стрельбы — фрилом кидались все, кто стоял на платформе, а глайдер медленно набирал скорость, намереваясь миновать опасный участок как можно скорее.

— Heta! — крикнул Линкен, засовывая в карман непригодившиеся обломки и пытаясь свободной рукой привести в действие «арктус». Гедимин развернулся лицом к отдаляющимся охранникам и щёлкнул переключателем генератора. Два защитных экрана встали вдоль края платформы одновременно; ремонтник установил третий. Поле вспыхнуло от ударивших в него разрядов, но тут же погасло. Сквозь экран Гедимин видел, как охранники поспешно расходятся от ограды.

— Меткий удар, — буркнул Линкен, хлопнув ремонтника по плечу. — Точно в обезьянью морду. Что у тебя на маске?

Гедимин вынул прозрачную пластину и поскрёб ногтем испачканную поверхность. Запах жёлтой слизи показался ему знакомым.

— Сироп, — сказал он. — Мартышки едят его.

— Жёваный крот! — к сарматам пробился Иджес; его плечо было измазано сиропом и облеплено крошками и шелухой от каких-то семян или зёрен — Гедимин не был точно уверен в её происхождении. — Они что, объедками кидались?!