— Тебе снова приснился кошмар? — Потирая глаза, спросил он, я только кивнула.

— Выстрел?..— Осторожно спросил мужчина.

— Да,—я проглотила горький ком, застрявший в горле.

— Иди ко мне, — супруг раскрыл руки для объятий, я лишь слабо улыбнулась в ответ, тут же утыкаясь ему в шею, руками повисая на его плечах.

Когда он меня обнял, я почувствовала туже самую любовь и защиту, что в тот раз, когда он так же прижал меня к себе, закрывая от пули. Слезы с новой силой потекли по щекам

— Почему же ты снова плачешь? Все же хорошо закончилось. Прошло столько времени, — он ласкал меня, гладя по волосам.

— Не знаю, что было бы, если бы офицер Дан не подоспел вовремя. Он бы тогда выстрелил в тебя. Ты бы сейчас не лежал рядом со мной, я бы не могла чувствовать твои прикосновения, — я ещё громче всхлипнула.

— ДжинХи, пожалуйста, постарайся не вспоминать это. Забудь, ведь я жив, я рядом с тобой.

— Не могу забыть, — «да и некоторые обстоятельства не дают мне сделать этого», — Этот кошмар будет до конца жизни теперь преследовать меня. Но больше всего я боюсь за наших детей, — я подняла голову, заглядывая ему в лицо.

Муж вздохнул и задумался. Судя по морщинам, бороздившим его лоб, он о чем-то сосредоточенно думал. Но спустя пару минут, все-таки заговорил

— Ты не должна бояться за них. Я смогу защитить свою семью, если возникнет такая необходимость, — он заглянул мне в глаза с такой теплотой, что мне тут же стало легче дышать, — ты же веришь мне?

— Конечно.

— Хорошо. Тогда давай сегодня съездим за город, проведаем их? — Спросил он с улыбкой на лице, когда я согласилась, муж наклонился и мягко поцеловал меня в губы.

Разорвав поцелуй из-за того, что нужен воздух, я легла ближе к нему и уснула, оставаясь в его крепких объятиях до утра.

На утро мы поехали забирать детей. Но всю дорогу я неважно себя чувствовала, была сама не своя, руки дрожали, а лицо было бледное, и, конечно же, муж это заметил.

— Ты не заболела? Выглядишь не очень хорошо.

— Нет, все нормально. Видимо, это из-за кошмара, — слабо улыбнувшись супругу, я отвернулась к окну, всматриваясь в даль.

Кое где уже проглядывалось море, значит скоро мы будем на месте. Облака над землей возвышались теперь, как горная гряда, а берег казался длинной зеленой полоской, позади которой вырисовывались серо-голубые холмы. Вот уже виднеется наш дом. Глядя на мгновенно сменяющиеся пейзажи за окном хочется верить только в лучшее..

Вскоре мы доехали до нашей загородной усадьбы, которая была расположена недалеко от берегов Жёлтого моря. Прислуга в доме сообщила, что сейчас все находятся на пирсе. Прежде чем ехать дальше, мы оставили вещи внутри. Приехав к месту отдыха, мы припарковали машину, вышли и, обнявшись, пошли к берегу. Дойдя до деревянного причала я увидела своих детей. Девочка лет пяти бегала вокруг мужчины и звонко смеялась, когда тот не мог поймать её из-за своей неуклюжести. Неподалёку на скамье сидел темноволосый мальчик в возрасте 12 лет и читал книгу, изредка он отвлекался и хмуро смотрел в сторону голосистой сестры. Качая головой, он вздыхал и возвращался к чтению. От такой картины муж тихо засмеялся

— Она его скоро совсем загоняет. Он ведь уже не в той форме, чтобы играть с ней. Она вся в тебя. Такая же шумная и активная.

— Зато сын — копия тебя! — Воскликнула я, пихая его локтем в бок, — такой же спокойный и тихий. И слова лишнего из него не вытащишь.

— Мама! Папа! — Услышав родные голоса, девчушка побежала навстречу к нам. Ее длинные чёрные волосы разлетались на ветру, а красивое голубое платьице взлетало вверх от любого дуновения. Следом за ней шёл её брат, он был спокоен и прекрасен, как его отец. За ними сзади, не спеша, шёл человек с тростью, он прихрамывал. Девочка подбежала к нам и крепко обняла. Муж взял малышку на руки и закружил, их смех разлетался по округе мелодичным звоном тысяч колокольчиков.

Их смех разлетался по округе мелодичным звоном тысяч колокольчиков

— Здравствуйте, родители, — поздоровался сын, а я расцеловала его в обе щеки.

— Ну мам! — Протянул юнец и рассмеялся, отчего на его правой щеке появилась ямочка, точно такая же, как и у супруга.

Когда к нам подошёл третий человек, я вмиг погрустнела и, извинившись перед семьёй, отошла с ним в сторону. Мы присели за стол, так как ему было тяжело стоять, я видела это, не смотря на то, что он так тщательно скрывал свою усталость.

— Я вижу, моя дочь окончательно вымотала тебя.

— Ничего страшного, — он улыбнулся, глядя в сторону девочки, — мне только в радость играть с ней, её улыбка мне как бальзам на душу. Я никогда не ладил с детьми, но она одно большое исключение.

— Мама, а ты знаешь, чему я сегодня научилась? — Ко мне подбежала дочка, на её щечках виднелся румянец, а в глазах горел огонёк.

— Чему же, детка?

— Дядя научил меня сегодня новому приёму.

— Правда? — Я изобразила удивление на лице, а затем посмотрела на соседа, тот лишь смутился и пожал плечами.