— Что за негодяй этот карбид кальция! Из-за него взорвался кофейник, взорвалась курица! К тому же он неприятно пахнет. Его надо срочно помыть с мылом! Но зачем же, оказавшись в умывальнике, он попытался взорвать маму? Каков негодяй!

Я даже не успеваю ничего сказать: раздается сухой щелчок, затем громкий крик. Показывается перекошенное лицо дедушки. Свечка в его руке дрожит, лицо черно, как уголь. Он объясняет:

— Я взял свечку, пошел в ванную, подошел к унитазу. Бу-ум! Вспышка и взрыв! Что, изобрели взрывоопасные туалеты?

Альбертино снова возмущается:

— Плохой калбид, нехолосый! В туалет! Нехолосый калбид бум дедуску!

Да, это так. Он решил наказать негодный карбид и бросил его в туалет, а тот взорвал дедушку. Какая низость!

Наконец все три лампы готовы. С такими приключениями немного света нам не повредит. Сухой щелчок, яркая вспышка. Только не это! Я налил воды в резервуар, но забыл ее налить в емкость, в которой плавает резервуар с карбидом, и та оказалась недостаточно герметичной.

Мы выходим из задымленной и вонючей комнаты, заходим на кухню и смотрим друг на друга при свете свечи. И я хохочу во все горло, потому что я отомщен: лицо Альбертино, этого охотника за карбидом, черно, как уголь.

Но почему и этот бесстыдник язвительно хохочет с высоты своих трех лет? Нежная синьора протягивает мне зеркало.

Теперь и мое лицо тоже черно, как уголь.