— Без знаний повитухи мне все равно не справиться, — мрачно качнул головой кукольник, отвечая старухе.

— Тебе и не нужно, — ослабевающим голосом ответствовала Эленор. — Просто помоги Беате дождаться повитуху. Остальное — в руках богов.

Мальстен сильнее сжал руку женщины, с каждой секундой ускользающей из этого мира в объятия богини смерти Рорх.

— Я вернусь, — пообещал кукольник, качая головой. — Клянусь, Жнецу Душ еще придется подождать.

Эленор устало прикрыла глаза.

— Не теряйте времени. Ступайте, — голос ее больше напоминал шелест листвы на тихом ветру.

Мальстен нехотя выпустил руку женщины и решительно поднялся. Его колкий пронзительный взгляд замер на Петере.

— Напомните, в какой стороне ваш дом, господин Адони.

Петер встрепенулся, словно на него вылили ушат холодной воды.

— К востоку в половине лиги отсюда, — бегло сообщил он. Мальстен коротко кивнул и быстро направился к двери. Петер потряс головой, приходя в себя, и окликнул кукольника:

— Постойте! Но как вы сможете помочь Беате? Ей ведь нужен не…

Взгляд, в котором будто загорелось скованное во льдах Северного моря пламя, пригвоздил Петера к месту, заставив осечься на полуслове.

— Это не ваша забота. Поспешите за повитухой в соседнюю деревню. Дом я найду самостоятельно. Ваш зять ведь кузнец?

Петер нерешительно кивнул. Мальстен тоже отозвался коротким кивком.

— Спешите. Да прибудет с вами Тарт, — бросил он напоследок и, выходя за дверь, скрылся в ночи.

Преодолеть расстояние в пол-лиги бегом для Мальстена не составило труда даже под проливным дождем. В отличие от непривычного к бегу Петера Адони он управился меньше, чем за четверть часа.

Кузня в деревне была всего одна, Мальстен без труда отыскал ее и вошел в дом кузнеца Грегора Шосса без стука — дверь оказалась не заперта. На вежливое ожидание и топтание у порога не было времени: полные боли крики роженицы были слышны даже с улицы, несмотря на бушующую грозу.

В сенях Мальстена встретил мальчик лет двенадцати и ошеломленно уставился на непрошеного гостя.

— Мастер Ормонт? — удивленно пролепетал он. Кукольник улыбнулся мальчонке лишь уголком губ.

— Здравствуй, Ильдвин, — учтиво поздоровался он.

Сирота, которого кузнец Грегор приютил и взял к себе в подмастерья несколько лет назад, всегда отличался почти несвойственной для деревенских ребятишек его возраста учтивостью, и всех взрослых, профессии которых знал, называл мастерами.

Ильдвин, закусив губу, оглянулся на дверь комнаты, где мучилась Беата, и нервно провел рукой по непослушным, торчащим в разные стороны светлым волосам. Он с явным трудом пытался подобрать слова, чтобы вежливо попросить кукольника зайти в другое время. Мальстен уже собирался облегчить мальчишке задачу, оттеснить его и пройти в комнату, когда оттуда стремительно, как ветер, вылетел грузный темноволосый мужчина с заросшим густой бородой лицом. В глазах Грегора Шосса читалась надежда.

— Петер, как же ты долго! Мы… — увидев Мальстена, он замолчал на полуслове, густые брови сошлись к широкой переносице.

— Господин Ормонт, — мрачно констатировал он, заменив этим обращением приветствие, и сразу перешел к делу. — Клянусь всеми богами Арреды, вы выбрали не лучшее время для визита.

Крик Беаты был тому подтверждением. Мальстен не стал тянуть. Он решительно шагнул к двери комнаты и приподнял голову, чтобы посмотреть в глаза рослого кузнеца.

— Я пришел помочь Беате, — качнул головой кукольник. — Меня прислала Эленор.

Грегор нахмурился сильнее прежнего.

— Что? Но где она сама?

— Умирает, — холодно отчеканил Мальстен.

Лица Грегора и Ильдвина заметно побледнели. Кузнец беспомощно посмотрел на своего помощника, словно тот мог дать дельный совет. Мальчик молчал.

— Но… — неуверенно произнес Грегор, — …чем вы можете помочь? И где Петер?

Мальстен тяжело вздохнул, оттесняя кузнеца с дороги и входя в комнату Беаты.

Хрупкая темноволосая молодая женщина полусидела на постели. Простыни и часть ночной сорочки были алыми от крови.