Мгновение Хан размышлял. Сейчас в Центре конклавов происходил миллион событий, не имеющих лично к нему ни малейшего отношения. Скорее всего, это одно из них. Он мог пойти обратно в холл и снова взяться за свое бдение. Или мог, по крайней мере, убедиться, что существо в конце коридора не устанавливает бомбу. Как ни крути, это тоже хорошее дело.

Он скользнул за угол. Вокруг стояла темнота, и скорчившаяся фигура не реагировала. Хан медленно двинулся вперед, держа перед собой бластер. Он дошел до края стенда с зеленью и поднял бластер на уровень головы фигуры.

— Извини, друг,— сказал Хан.— Могу я поинтересоваться, чем ты там занимаешься?

Закутанная в темные одежды фигура подняла голову, развела руки в стороны и медленно повернулась. Это был ботан. Хан нахмурился. Это был очень знакомый ботан. В животе екнуло от страха. Он повернул голову и устремил взгляд на декоративную листву сбоку от себя.

Между ветвями виднелось дуло бластера, глядевшего ему в левый глаз.

— Не стоит винить беднягу Саннима,— сказал Баазен Рей.— Он просто пилот, спутавшийся с плохими парнями. Ты знаешь, что это такое. А теперь попробуем еще раз.

— Знаешь,— сказал Хан,— сейчас ты действительно не вовремя.

— Как и всегда, парень, а?

ХАН ШАГАЛ, насколько мог, медленно, а мысли его мчались в бешеном темпе. В коридоре было тихо и темно. Если там и присутствовали охранные дроиды или мониторы, он их не видел. Тревожные сигналы молчали. Либо его похищения не заметили, либо столь «низкий» уровень насилия не вызывает озабоченности на Киамар-ре. Баазен достаточно в этом разбирался, чтобы не приставлять открыто ствол бластера к спине Хана. Санним шел впереди, достаточно близко, чтобы помешать корел-лианину, вздумай тот рвануть наутек, но недостаточно близко, чтобы схватить его и использовать в качестве щита. Он подумывал позвать Скарлет, но это могло спугнуть Мааса.

В общем и целом ночь оказалась не такой уж и спокойной.

— Вызовешь по комлинку своего друга Чубакку,— говорил меж тем Баазен.— Скажешь, что планы поменялись, и пусть готовит «Сокол» к старту. Можешь сказать ему, что я не держу никаких обид по поводу Сиорана. Я на его месте поступил бы так же.

— Ты хочешь забрать «Сокол»?— уточнил Хан.

— Не то чтобы сильно. Но приходится довольствоваться тем, что дарует нам Вселенная, а? У тебя есть корабль, и он нам нужен.

На пути им встретился другой коридор. Санним поднял руку, дав знак остановиться, а сам пошел вперед, оглядываясь во всех направлениях и плохо изображая невинность. Затем махнул им, что можно идти дальше.

— У тебя нет корабля?— осведомился Хан.— Ты что, пришел сюда пешком?

Баазен тихо и грубо хохотнул:

— Боюсь, мой старый тарантас доживает последние дни. На самом деле я делаю тебе одолжение, мой мальчик. Вытаскиваю тебя из огня. Правда для того, чтобы возвратить обратно на сковородку. После прыжка в систему Киамарра я прошел на волосок от борта имперского звездного разрушителя. Их там целых десять. Так мы с Саннимом перевели всю энергию на щиты и смылись, а? Тем не менее хлебнули достаточно плазмы, чтобы расплавились силовые муфты. Печальный конец для хорошего корабля. Я бы остался и починил бедняжку, но я абсолютно уверен, что эта планета и все, что на ней есть, к утру превратится в шлак.

У Хана перехватило дыхание. Значит, флот уже здесь. Времени не оставалось. Надо предупредить Лею. И Скарлет. И Чубакку.

Санним заглянул в служебную дверцу в конце коридора, направив уши вперед. В отдалении прошла пара протокольных дроидов с прозрачным полимерным покрытием; их схемы светились в темноте синим и желтым. Санним наблюдал за ними, пока они не скрылись из виду, а затем что-то проворчал и махнул Хану, чтобы тот шел вперед.

— Шире шаг, дружище,— посоветовал Баазен уже не столь дружелюбно.— У меня нет времени на твои фокусы.

— Баазен, ты выбрал не ту сторону,— настаивал Хан, не двигаясь с места.— Все, что касается Джаббы, сейчас мелочь по сравнению с тем, что здесь творится.

— Для тебя— может быть,— отозвался Баазен.— А для меня это не мелочь. Теперь иди.

Когда они вышли из зала, на улице стало немного светлее— угольно-черная тьма за окнами сменилась просто черной. Крошечная птичка, не больше пальца Хана, метнулась в воздухе под большим куполом. Санним в бешенстве скривился и замахал им, чтобы двигались быстрее.

— Послушай, Баазен. Я понимаю, в каком ты оказался положении. Честно говоря, я не держу зла за все, что ты мне сделал. Поэтому прежде, чем мы выйдем отсюда и уже ничего нельзя будет изменить, позволь, я расскажу тебе, на что ты идешь.

— Во всей Галактике не хватит масла, чтоб тебе умаслить меня, дружище,— сказал Баазен.— И не мечтай, что я поскуплюсь на выстрел, а? Шевели ногами.

— Ты играешь за тех, кто проигрывает. Я понимаю, ты боишься Джаббу. Он пару раз заставил меня понервничать, но меня напугать не так легко, как тебя.