Нетвердой рукой Хантер положил бумаги о разводе на тумбочку, потом взял

девушку за плечо.

– Милая, я хочу твоего подчинения, но я никогда не хотел, чтобы ты чувствовала

себя слабой. Я никогда не хотел отобрать у тебя твою жизнь. У тебя есть столько

власти надо мной, что это пугает меня до чертиков. Всего за несколько дней мои

чувства к тебе пустили корни в самую глубину моего сердца. И они укоренились

глубоко во мне, и это на всю жизнь, - он встретил ее взгляд. - Я не поверю ни на

минуту, что однажды ты просто растворишься во мне. Ты - невероятная, сильная

женщина. Ты должна знать это.

– Нет, я перестала быть такой, - ее карие глаза блестели от непролитых слёз.
– Ты

такой сильный. Такой доминирующий. Через какое-то время ты сломаешь меня, а я

буду продолжать отдавать и отдавать тебе себя, и в один прекрасный день я проснусь

и пойму, что от меня ничего не осталось, прямо как от Mama'. Возможно, ты не

хочешь, чтобы это произошло, но я задаюсь вопросом: а что если где-то глубоко в

душе это - твой способ увериться в том, что я никогда не уйду? Если это произойдёт, я

возненавижу себя.

Хантеру был понятен её страх, но она была чертовски неправа. Он всего лишь

хотел любить её. То, что он не встретился с её родителями сразу же после свадьбы,

пинало его по яйцам сейчас. Им бы следовало сделать это раньше, но из-за киллера,

пытавшегося убить Кату, они не могли назначить встречу и, наконец, познакомиться.

Ему нужно было это исправить.

– Как ты можешь предполагать, что потеряешь себя, если всё, что ты делала с

момента нашей встречи, - так это боролась за то, что ты действительно хочешь и во

что веришь? Прямолинейность и уверенность - одни из главнейших причин, по

которым я люблю тебя. Ты боролась за свою мать, за себя, даже за своё удовольствие!

Ката, ты не та женщина, которая может потерять себя.

Она покачала головой.

– Я должна была быть в ярости после порки, которую ты мне устроил, но вместо

этого я могла думать лишь о том, угодила ли тебе.

– Это естественно для сабмиссива – иметь желание угодить своему Дому.

– Прекрасно, это значит, что ты будешь в настоящем раю, пока я потихоньку буду

терять самоуважение...

Он прикоснулся к ее щеке.

– Это не работает в одностороннем порядке. Я тоже хочу угождать тебе. Всегда.

Но иногда мне необходимо совмещать это с твоими нуждами. Не думаешь ли ты, что

вместо того чтобы шлепать тебя, я бы лучше провел лишние десять раундов в постели,

занимаясь любовью?

– То есть, ты отшлепал меня только ради меня же самой? - в ее голосе звучало

недоверие.
– И тебе это не доставило никакого удовольствия?

– Разве что совсем немного, - признался он. - Но, да, в большей степени – это

было ради тебя. В итоге, разве у тебя не возникло ощущение счастья и

умиротворения? Желания отплатить тем же? Не чувствовала ли ты себя ближе ко мне?

Её ошеломлённое выражение лица показало Хантеру, что Ката даже в этот самый

момент гадала, не читает ли он её мысли.

Хантер притянул её ближе к себе, ощущая себя одновременно спокойным и

распаленным ее обнаженным телом, и пышной грудью, тесно прижатыми к нему.

145

Покорись мне. Шайла Блэк

– Я хочу защищать и любить тебя, а не разрушать. Или пленять. Я давлю на тебя

в постели, потому что ты женщина с твёрдым характером, и у тебя хватит сил принять

всё с достоинством. Сам процесс погружения тебя в подчинение – уже является для

меня наслаждением. Если ты когда-либо почувствуешь, что отдаёшь слишком много,

то просто используй стоп-слово. Мы всё остановим, что бы ни происходило, и

поговорим. Как только я уйду с оперативной службы, мы начнем продвигаться более

умеренными темпами в наших отношениях. Но тебе не нужны эти бумажки, милая.

Тебе просто нужно довериться мне, и я знаю, что это будет лучшим решением для нас

обоих.

Ката напряглась в его руках и отшатнулась, качая головой.