произошедшим.

– Ты не был пьян. Так почему же ты женился на мне?

На этот вопрос было легко ответить:

– Потому что захотел.

Ее вздох прокатился эхом вниз по его спине, пока он садился и пристегивался в

кресле.

– Черт, как только я начинаю думать о тебе как о настойчивом и доминирующем

засранце, ты говоришь что-то хорошее.

– Я и есть настойчивый, доминирующий засранец, - он улыбнулся. – Но, дорогая,

я всегда честен.

– А что если я визгливая стерва с плохой кредитной историей?

– Не думаю. Все, что я знаю, так это о своих чувствах к тебе. Благодаря своему

внутреннему чутью, я до сих пор жив. Я верю, что именно оно руководит мною прямо

сейчас.

– Слишком много всего. И слишком быстро все произошло. Мне нужно время,

чтобы разобраться.

Хантер стиснул зубы. Он мог бы позволить ей вольность по отношению ко

многим вещам, но не в том, что касается времяпровождения с ним, до того, как он

вернется на службу. Если он этого не сделает, Ката сбежит.

– Где ты, дорогая? Я думаю, мы могли бы поговорить, как только я приземлюсь в

Лафайетте.

– В Лафайетте? Твой рейс ведь только до Далласа.

Значит, она посмотрела. Интересно…

– Поменял билет.

Он, конечно, сожалел, что не сможет провести время с Логаном, чтобы вытянуть

его из депрессии, но…

– Ты... ты не можешь приехать сюда.

– Однако именно там ты сейчас находишься. Я приеду прямо к тебе.

– Я.… я не там сейчас. Мне пришлось уехать. Бен...

Наверное, Бен хотел продолжить с того момента, где остановился прошлой

ночью. Хантеру придется разъяснить ему, как поменялась ситуация, или же убить.

– Я позабочусь об этом.

52

Покорись мне. Шайла Блэк

– Стой! Я не хочу, чтобы ты о чем-либо беспокоился.

Хантер сглотнул, сопротивляясь ярости, сделавшей его голос тихим и

вкрадчивым:

– Ты - моя жена. И ты не будешь трахаться с ним снова.

Она ахнула.

– Ты подумал, что... Ох, это просто охрененно круто. Какого черта ты захотел на

мне жениться, если допускал, что я могу изменить тебе сразу, как только ты

отвернешься?

Вопрос был задан прямо, и Хантер решил честно ответить:

– Я не знаю, что ты чувствуешь к нему. И думаю, что клочок бумаги с нашими

именами, скорее всего, ни черта не поменяет для него. Но позволь мне внести ясность:

это многое значит для меня.

– Он просто друг, и с ним было удобно. Но он не ревновал, просто разозлился,

что я больше не буду с ним спать. Я не могла больше выслушивать его нотации. От

них у меня разболелась голова.

Хантер подавил улыбку. Бедняжка страдала от похмелья. Но еще больше

удовольствия доставило ему то, что она не хотела спать с Беном.

– Понял. Извини, если расстроил. Я не хотел тебя оскорбить, - он сжал телефон

покрепче.
– Скажи мне, где ты сейчас, дорогая. Я приеду, и мы с тобой все обсудим. Я

не хочу менять твою жизнь, я хочу стать ее частью.

– Ты все изменишь уже просто потому, что ты тот, кто ты есть, так же, как и

Гордон, - ее голос дрожал от слез, и она шмыгнула носом.
– Мне пора заткнуться.

Кем, черт возьми, был этот Гордон?

– Дай нам шанс, мы попытаемся. Ты сейчас со своей сестрой?

Она рассмеялась сквозь слезы.

– Думаешь, я бы рискнула встретиться с двумя неугомонными мальчишками,

когда у меня голова трещит по швам? Или решила прослушать очередную чертову

лекцию? Ни за что. Я поехала к себе в офис. Он практически пуст по воскресеньям.

– Адрес.

Ката довольно долго молчала, и Хантер готов был поспорить, что она сейчас

взвешивала все «за» и «против» своего последующего поступка: дать ему точный

адрес или же предпринять бесполезную попытку побега.

– Твоя взяла.

Он запоминал адрес по мере того, как она хрипло произносила его.

– Я буду там через два часа.

– Знаешь, этот брак словно поезд, крушение которого предопределено.

Хантер засмеялся в ответ:

– Или же главное приключение всей нашей жизни.