Кату ради их общего удовлетворения, но установление контроля было превыше всего.

Ей стоило лишь один раз подчиниться, и их обоих ждет счастливое совместное

будущее. Но доказать ей это будет чертовски сложно.

– Черт, не мог бы ты…. – хныкая, она выгнула спину, погружая его глубже в

свою тугую, шелковую киску.

Он буквально зажал язык зубами, сдерживая стон. Давая ей знать, как хорошо

она чувствуется, не смотря на ее неповиновение, он лишь поощрит ее.

– Не дави на меня.

– Или что? – её голос был хриплым, в нем сквозило пьянящее сочетание дрожи и

требования, она обвила руку вокруг его шеи, выгибаясь и потянувшись своими губами

к его губам.

Хантер отвернулся, отказываясь целовать ее. Он ответил на ее вопрос, но она по-

прежнему испытывала его, пытаясь руководить им. Он не позволит этого.

– Разведи ноги шире.

Сердце будто остановилось, пока она выполняла его указание. Он выдохнул,

отчасти испытывая облегчение, отчасти потому, что ее вид, предлагающий ему свое

тело, был одним из самых сексуальных, которые он когда-либо видел.

– Не двигайся. Не шевели руками. Ты можешь стонать и кричать мое имя, больше

ничего.

– Мне не нравятся твои приказы, черт возьми, – задыхаясь, произнесла она.

– Мне не нравится твое неповиновение. Это последнее предупреждение, – он

замер внутри нее, в горячей хватке ее киски, умирая от желания выйти, чтобы

погрузиться еще глубже и найти одно местечко, которое заставит ее тяжело дышать и

выкрикивать его имя. Но он готов был наказать ее снова, если она не подчинится ему.

Она более чем заслужила это. Он позволял ей многое, потому что она никогда прежде

85

Покорись мне. Шайла Блэк

не была сабмиссивом, и последние двадцать четыре часа могли бы стать

изматывающими даже для самых стойких. Но он бы солгал, если бы сказал, что

кипящий экстаз в его мошонке и напряжение в его члене не заставляли его забыть о

всех его добрых намерениях.

Ката вздрогнула и задумалась. Затем она, наконец, утвердительно кивнула.

– Хорошо. Склони свою голову. – Если она откажется выполнять его приказы, то

он уже предельно четко объяснил ей все возможные последствия и варианты.

– Склонить мою… - она вздохнула и откинула голову назад, ее темные волосы

волнами рассыпались по спине. – Нет, я уже достаточно уступила тебе, но сделать это?

Я не собираюсь настолько подчиниться твоей воле. Я не могу… служить.

Блять. Медленно он покинул ее киску.

– Нет! – воскликнула Ката. Она выгнулась, пытаясь удержать его глубоко внутри

себя. – Хантер.

Отказать себе в том, чтобы поддаться этому искушению - чуть не убило Хантера.

Он хотел оказаться внутри нее снова, чтобы его яйца бились об ее мокрое лоно, а

пальцы были запутанны в ее волосах. Вдыхать ее запах и слушать, как ее стоны

переходят в крики. Но он не сделал желаемого. Вместо этого Хантер попытался

обрести контроль, мягко проведя костяшками пальцев по ее клитору, нежно скользя по

нему. Он прижался членом к ее попке, потираясь о ложбинку между ее ягодиц.

Ката вызывающе посмотрела на него через плечо.

Хантер убрал пальцы от ее клитора и отступил назад, скрестив руки на груди.

Независимо от того как болел его член, он не собирался отступать. В ее глазах горела

ярость, а губы были плотно сжаты, как будто она собиралась плюнуть в него кислотой.

Он был готов к долгой ночи.

– Очевидно, мы собираемся сделать это по-плохому, – Хантер покачал головой, и

одним движением стянул презерватив.

Черт возьми. Она выпрямилась, ее спина была прямой. Ката сузила глаза и

повернулась к нему лицом. Он заставил себя не смотреть на ее упругие груди, розово-

коричневые соски и ее отвлекающие изгибы. Сейчас отвлекаться нельзя.

– Склонить голову, ты серьезно? Почему секс не может быть равноправным?

Почему мы не можем обсудить то, что мы оба хотим, и потом сделать это вместе.

Потому что она хотела его доминирования в равной степени, как он желал дать