Спустя несколько мгновений, из динамиков полилась негромкая инструментальная музыка, которую он выбрал сам. Люк поднялся и протянул руку Алиссе. Она вздрогнула, удивленно посмотрев на него:

— Потанцуем?

Девушка закусила губу, но встала. В зале повисла гробовая тишина. Гости наблюдали, как он берет ее в свои объятия. Она так хорошо себя чувствовала рядом с ним, слишком хорошо.

Чувство голода, нараставшее в нем, сделало еще один оборот, и Люк уткнулся лицом в ее шею. Присущий ей запах персиков и корицы, смешанный с ароматом легких духов, сводил его с ума от необходимости схватить, раздеть и взять ее.

— Церемония была прекрасна, — прошептала она. — Мне жаль... уверена, твои родители предпочли бы свадьбу пороскошнее.

Не такую поспешную, и где невеста не была бы беременной стриптизершей — Алисса не произнесла этого вслух, но Люк услышал в ее голосе сожаление. Он пальцем поднял ее подбородок:

— Они будут хотеть все то, что делает меня счастливым. Это был мой выбор, и я не жалею о нем. Сэди хочет, чтобы у нас была долгая и счастливая совместная жизнь. Так давай начнем ее прямо сейчас и будем смотреть только вперед, не оглядываясь назад. 

Слова Люка, произнесенные на танцполе, отдавались эхом у нее в голове. Могут ли они действительно смотреть вперед и не оглядываться в прошлое, которое преследует их?

— Что я делаю? — вслух спросила Алисса, пока Сэди помогала ей снять свадебное платье в ванной комнате «Bonheur».

— Ты мне уже задавала этот вопрос, когда мы надевали твое свадебное платье. Ответ все тот же.

— Я знаю, что это обеспечит более стабильную жизнь ребенку. — Она вздохнула с сожалением, жестикулируя руками. — Но я не собираюсь влюбляться в Люка окончательно и бесповоротно, потому знаю, что никогда не буду для него чем-то большим, чем просто любовница, чьей яйцеклетке довелось познакомиться с его спермой.

— Ты не знаешь этого. Когда он смотрит на тебя, я вижу в его взгляде что-то большее.

— Досаду?

Алисса знала, что это не так, но не понимала, почему он женился на ней. Она была вполне готова дать ему все родительские права, которые он хотел. Люк привел ей несколько причин для свадьбы, … но пользу они приносили только ей. Что получал от этого он? А неопределенность на лицах его родителей, в отношении нее… Это не было осуждением... пока нет. Но что будет, если это случится? Что, если ее работа, ее жизнь, ее прошлое, станет яблоком раздора между Люком и его семьей? Или между Люком и ей самой? А было много того, про что он не знал. И даст Бог, никогда не узнает.

Сэди покачала головой:

— Никакой досады. Нешуточную похоть, однозначно. Но я думаю, что там намного больше, чем просто похоть.

Алисса боялась надеяться на то, что Люк испытывал к ней настоящие чувства.

Отстранившись от этих мыслей, она шагнула из своего свадебного платья и повернулась спиной к Сэди:

— Можешь помочь мне снять и это?

Ее подруга колебалась:

— Нет. Белый корсет слишком сексуален! Люк просто сойдет с ума, когда увидит его.

Закусив губу, Алисса размышляла, хорошо ли это. Она вкусила желание в его поцелуе, почувствовала, как нарастает ее собственная страсть. Черт, это происходило каждый раз, когда он находился с ней в одной комнате. В одном и том же городе. Но они должны начать строить свой брак основываясь на чем-то большем, чем секс и будущий ребенок. И они не смогут это сделать, если он будет продолжать смотреть на нее, как на стриптизершу.

— Я не хочу.

— Но это твоя брачная ночь, — напомнила Сэди.

— Да, никогда бы не подумала, что она у меня будет.

Возможно, надеялась, но после четырнадцати лет отборного дерьма, в романтическом плане, она научилась не доверять мужчинам. Они говорят или делают что-либо лишь для секса. Так почему же она связала себя с одним из тех, кто, скорее всего, окажется лживым ублюдком и разрушит ее жизнь? Потому что была настолько глупа, чтобы влюбиться в него и все еще надеяться, что ребенок станет завершающим звеном в идеальной семье, так чтобы все жили долго и счастливо. Ага, как же…

Алисса не могла и предположить, что, даже через миллион лет, хотя бы один мужчина сможет забраться ей под кожу, и появится соблазн удержать его рядом с собой навсегда. Но девушка слишком сильно желала Люка, чтобы отказываться от него. Что, если он понял, что она любит его? Что, если он зайдет слишком далеко?

— Разве ты не хочешь произвести впечатление в свою первую брачную ночь?

Алисса была уверена, что уже это сделала:

— Просто сними его.

Сэди хмыкнула:

— Тогда у тебя должно быть что-то посексуальнее, чем это.

— Конечно, — солгала она.

Хихикая от радости, Сэди расшнуровала корсет. Алисса освободила тело от стягивающего предмета одежды и поблагодарила подругу. Девушка помахала и вышла из комнаты, неся ее свадебное платье в специальном чехле. Алисса сунула корсет в свою сумку, затем надела белый кружевной лифчик и стринги. С вешалки на стене она стянула шоколадного цвета костюм с простой белой блузкой. Сменив обувь, сняла и упаковала фату, после чего вышла наружу.

Возле двери Люк вполголоса разговаривал со своими родителями. Немногие оставшиеся гости толпились у двери «Bonheur». Выглянув, она увидела новый Ягуар Люка, припаркованный на тротуаре.