– Нет, Кей, - возразил Фран.
– Ты не можешь этого сделать.

– Почему нет?
– не понял я.
– Так мы избавимся от их главного козыря и значительно ослабим силы врага.

– Но это же самоубийство!
– воскликнул друг. Я уставился на него.

– Смерть и так рядом, Фран. Днем раньше, днем позже, какая разница? Зато мы сумеем обезопасить других.

Фран поджал губы, но не сумел привести новый аргумент.

– Джером!
– обратился я к адъютанту. Парень послушно вытянулся по струнке.
– Сообщи всем командирам, пусть соберутся на поле. Мне нужно сказать им кое-что важное.

– Да, сэр.

Пока он побежал за офицерами, я вновь заговорил с разведчиком:

– Ты сможешь провести нас к орудиям?

Он задумался буквально на мгновение.

– Да, сэр.

– Хорошо. Тогда ступай, отдохни. Я пришлю за тобой, когда мы будем готовы выступать.

Он послушно склонил голову и удалился. Я же повернулся к Франу. Друг неодобрительно наблюдал за мной.

– В чем дело?

– Ты знаешь, в чем.

Я вздохнул.

– Поверь, другого выхода нет. Это единственный способ лишить их надежды.

– Но ты погибнешь!
– прошипел он. Я улыбнулся.

– Приятно, что ты заботишься обо мне, но поверь: я готов пойти на риск.

– Тогда я отправлюсь с тобой, - выдал Фран, скрестив руки на груди.

– Это зачем же?

– Кто-то ведь должен прикрыть тебе спину.

Я покачал головой, но понял, что Франа не переубедить. Да и зачем? Он все решил, как и я.

Офицеры восприняли мой план по-разному: кто-то был целиком и полностью согласен, а другие высказались против этой затеи.

– Самоубийственно! Вы погибнете сами и угробите всех!
– кричал немолодой капитан, с цепким взглядом и крючковатым носом. Ему было уже под семьдесят, но он все еще служил на благо королевства.

– Именно поэтому я и собрал вас здесь, - холодно заметил я. Старик замолчал, буравя меня неприязненным взглядом.
– Объясните своим солдатам ситуацию и пусть со мной пойдут только те, кто сам этого захочет. Те, кто готов умереть.

Они молчали, я почти физически ощущал их давление. Офицеры боялись за жизни подчиненных, но внутренне были согласны с моим планом.

– Хорошо. Я поговорю со своими воинами и отправлю к вам добровольцев, - отозвался вдруг мой знакомый сержант. Когда наши взгляды встретились, он кивнул мне.

– Почему вы сами так хотите умереть?
– вопрос молодого лейтенанта заставил меня вздрогнуть. Остальные офицеры в ожидании наблюдали за мной, требуя ответа.

– Я не готов умереть, - произнес я.
– Но моя жизнь в любом случае оборвется довольно скоро. Это лишь вопрос времени. И, пока этого не случилось, я хочу принести пользу королевству. Это мое желание и мой долг. Как воина на службе Его Величества.

Теперь в их взглядах появилось понимание, и, один за другим, офицеры согласились помочь. Затем я распустил их, собираясь отправиться спать.

Последним уходил старик-капитан.

– Ты еще молод, мальчик. И многого не знаешь. Даже если тебе кажется, что твоя жизнь вскоре закончится, подумай, быть может, есть еще один выход?

На прощание он кивнул мне, а слова еще долго звучали в голове. Что он хотел этим сказать? Что у меня есть шанс? Но сэр Енус предупредил меня давным-давно, что мне осталось максимум десять лет. Или же он ошибся?

– Как думаешь, что он имел ввиду?
– спросил я у Франа. Друг пожал плечами.

– Возможно, хотел подбодрить тебя, только и всего.

– Не похоже. Он ведь первым начал возражать против вылазки. Почему же изменил решение? Почувствовал жалость? Не думаю, что все дело в ней.

– Не стоит забивать себе голову, - Фран крепко стиснул мне плечо.
– Иди выспись. Нам предстоит трудное путешествие.

– Верно, - кивнул я.
– Надеюсь, наберется хотя бы десяток.

– С десятком мы быстро окажемся разбиты, - резонно заметил друг.
– Чтобы успешно уничтожить метатели, нам понадобится хотя бы полсотни.

– Слишком много. Они не готовы умереть ради призрачной надежды, - произнес я, чувствуя, как холодный ветер гуляет в волосах.
– Я и сам бы не был готов на подобное, будь у меня шанс.

– Не думай о смерти. Лучше о тех, кого мы спасем своей вылазкой, - улыбнулся Фран.
– Детей, стариков, ремесленников и женщин. Тех, кто не может сражаться сам, но молится за наши жизни. В них наша сила. Не думаю, что даже южане обладают подобным богатством.