А Бова-королевич был еще мал – и в любви ничего не понимал. Подумал: «А не хочет ли она меня съесть?!»
Выбрался из-под стола, красный весь – и говорит:
Дружнева с досады еще две нитки жемчуга порвала. Но ничего не сказала.