В складывавшейся вокруг лорда Малфоя группе собирались маги с различным прошлым: и бывшие пожиратели, и нейтралы, и экс-члены Ордена Феникса (в виде исключения). Ничего общего с организацией Волдеморта: ни общих собраний, ни наказаний, ни клятв. Все началось с обычных разговоров и без каких-либо планов у самого Малфоя. Но происходящие в последнее время в обществе события, включая ситуацию вокруг школы, внесли свои коррективы и Малфой решил, что не стоит упускать шанс.

Сегодняшнее Министерство было сформировано практически в начале восьмидесятых, после уничтожения Волдеморта и репрессий его последователей. Тогда определялись задачи и изменялись направления работы и, следовательно, отделы. Влияние Дамблдора в то время было высоко: и министр, и главы отделов назначались исключительно согласно его пожеланиям. Правда, на тот момент среди сторонников председателя Визенгамота было недостаточно магов (по крайней мере, живых), способных занять какие-либо важные посты в Министерстве, поэтому кадры подбирались из тех, кто не являлся противником его идей. Только об эффективности работы сформированной команды никто не позаботился.

К концу восьмидесятых отношения министра и Дамблдора окончательно перешли в стадию взаимной неприязни. Авторитет директора несколько пошатнулся, чему способствовали скандал с пропажей Гарри Поттера, поддерживаемая Визенгамотом политика притеснения магических рас, ситуация с грязнокровками и сомнения в безопасности учеников в школе.

– Ряды сторонников Дамблдора значительно поредели, - рассказывал лорд Пруэтт, - он никогда не заботился о безопасности или условиях жизни своих людей. При всем уважении, он никогда не был хорошим политиком. Сильный маг, обладающий уникальным даром убеждения. Личность, оказавшая влияние на судьбы сильных мира: Фламеля, Гриндевальда, Волдеморта, что уж говорить о сотнях и тысячах обычных магов. Человек с четкой системой взглядов, широко образованный, при этом нахватавшийся по верхам.

– Что за дар убеждения?

– Ты замечала некоторую схематичность его речи? Он как бы рассказывает общую идею, а собеседник воспринимает ее как абсолютно убедительную речь, самостоятельно добавляя детали и краски. Кто-то больше подвержен влиянию, кто-то меньше. Самая уязвимая группа - магглорожденные без защиты рода и дети. На тебя, вероятно, совсем не действует. Уникальная способность, о чем-то похожем я слышал, но последний маг, обладавший ею, умер не одну тысячу лет назад. Иногда я думаю, что в случае Альбуса, его дар сыграл с ним злую шутку, - Дамблдор смог убедить себя в собственной правоте и непогрешимости.

– Тогда получается, что он опасен для окружающих. Мало ли какие фобии его мучают.

– Не думаю, что все так плохо. Убедить Дамблдора в ошибочности каких-либо его взглядов невозможно. Но сегодня он уже не обладает абсолютной властью ни в обществе, ни в сознании магов Британии. Несколько лет назад часть членов Визенгамота не могла оказывать влияния на его решения по причине малолетства - главы родов были либо мертвы, либо почти что мертвы, другая не могла противостоять Дамблдору по причине шаткости своего положения: наличие метки в любой момент могло отправить ее обладателя в Азкабан. Сегодня ситуация кардинально изменилась - маги, поддерживающие Малфоя, являются официальной оппозицией директора, имеющей согласованные цели и задачи. Его авторитет в школе… Ты сама лучше знаешь. Магия школы прекрасно откликается на просьбы деканов. Да и в глазах магов Британии он теперь человек, способный на ошибки. Все, что он может противопоставить, - небольшая группа ярых приверженцев, включая твою мать и подобных ей домохозяек, нескольких министерских пенсионеров, ряд сотрудников Министерства, занимающих далеко не ключевые посты. Твой отец, Люпин, Блэк, Диггори предпочтут в этот раз остаться в стороне. Его преимущество - имеющийся авторитет и дар убеждения. Авторитет при желании может не долго продержаться. Над нейтрализацией дара нужно думать. Но ничего неразрешимого.

Министерство, формально владеющее всей полнотой власти, реальным авторитетом тоже не обладало. Не стоит запрещать что-либо, если соблюдение запретов нет возможности контролировать. Министерство слишком спешило обезопасить с помощью запретов магическое общество. Некоторые законы, вроде притеснения волшебных народов, пришлось отменять, запрещенная магия крови лежала в основе договоров с клиентами в Гринготтсе, а также была основой родовых ритуалов - на это просто закрывали глаза.

В любом случае, пока Министерство и Дамблдор выясняли отношения друг с другом, ситуация вполне устраивала Малфоя и его союзников.

***

Аврорат, допросив магов, задержанных на кладбище в день финала Турнира, и не добившись результатов, всех просто отпустил.

Блэку и Малфою понадобилось несколько дней, чтобы найти одного из них, хотя никто особенно не рассчитывал застать кого-то из них на свободе живым, и доставить в Малфой-мэнор.

То, что не получилось у сотрудников Аврората, вполне удалось магу разума в лице Снейпа. Если бы Министерство магической Британии за последние сорок лет не успело испортить отношения практически со всеми магическими гильдиями, то результаты усилий Аврората могли бы быть несколько выше.

Снейпу удалось вытащить заблокированные воспоминания о найме мага и товарищей. Человек, общавшийся с ними, не был похож ни на Волдеморта, ни на кого-либо из пожирателей, что не удивительно: он был под оборотным. Единственное, что получилось, - это посмотреть его ауру, что не тривиально для обычных воспоминаний.

На подозрении родственников оказалось около двух десятков магов. Дело оставалось за малым - обеспечить мне с ними встречу.

Нужным нам человеком оказался Вагнер Графф, маг-полукровка без определенных занятий, выпускник Хаффлпаффа 1946 года. Пикантная деталь - член Ордена Феникса.

Память мистера Граффа содержала интересные воспоминания, особенно интересными были те, что оказались закрыты обетами. Ментальная магия в сочетании с магией иллюзий - страшная сила: маг охотно делился информацией с, как ему казалось, самим собой.

Случившееся во время турнира - личная инициатива Граффа. Он случайно наткнулся на сбежавшего из-под «империо»-сной опеки отца Барти Крауча. У мистера Граффа всегда был запас зелий, оказывающих ментальное воздействие, и ему показалось перспективным отправить того в школу с заданием обеспечить участие и победу в Турнире Гарри Поттера, который в финале должен был быть отправлен в место с определенными координатами. Графф даже не был уверен, что Краучу удалось проникнуть в школу, но, узнав о четвертом чемпионе, выбранном кубком, он решил, что все идет по плану. Маги на кладбище должны были доставить к нему Поттера, количество участников требовалось, чтобы попытаться сбить со следа авроров. «Наш» участник акции, воспоминания которого вывели на Граффа, таких подробностей не знал. После обработки памяти Гарри должен был вернуться в школу. Барти и измененные воспоминания Поттера должны были поставить под подозрение пожирателей смерти. Дамблдор о плане не знал. Храни Мерлин от таких инициативных подчиненных.