Молли подумывала в ближайшее время наведаться в городок, бывший поблизости, благо деньги на покупки имелись, так как она потребовала от Артура отдать ей банку с магловскими деньгами.

В ней оказалось пятьсот фунтов, и она в очередной раз подивилась непрактичности бывшей владелицы тела.

Молли составила примерный список вещей, которые она рассчитывала приобрести в магазинчиках города. В списке были семена некоторых пряных трав, садовый инвентарь, книги для детей, а также нитки для вязания, краски по ткани и фаянсу.

Не забыла она и про обычную краску и кисточки, и лак для мебели. Она надеялась, что ей хватит денег. У неё чесались руки немного отремонтировать дом, покрасить рамы, обновить лак на мебели. Молли, конечно, могла сделать это и с помощью чар и палочки, но не была уверена, что изменения, сделанные ею, долго продержатся.

Муж всё также задерживался на работе по вечерам или пропадал в своём сарае. Иногда Молли замечала, что он смотрит на неё задумчиво и недоверчиво, и понимала, что поведение её не соответствует прежней Молли, но она не могла, да и не хотела жить так, как жила та.

Близнецы немного попритихли. Они продолжали подшучивать над братьями, но старались не делать того, что разозлит мать, боясь, что она опять придумает в наказание что-нибудь такое же неожиданное и утомительное. Волдыри на ладонях недавно зажили, родители не стали лечить мальчишек с помощью магии и теперь мозоли напоминали не только о полётах на метле, но и о том, что некоторые шутки имеют очень болезненные последствия.

За Джинни она пока не взялась серьёзно, рассчитывая заняться её воспитанием после того, как мальчики уедут в школу.

От старших детей она недавно получила письма. Чарли писал, что у него всё хорошо и описывал драконов. Письмо Билла прибыло из Египта и Молли вспомнила, что он работает там в филиале банка «Гринготс». Сыновья писали, что не смогут в этом году приехать в гости.

Честно говоря, Молли даже обрадовалась этому, у неё пока хватало забот и с теми детьми, которые были при ней.

***

Вечером двадцать восьмого июля, когда семья ужинала, в камине загудело пламя и кто-то позвал Артура. Муж вышел, а через несколько минут вернулся с волшебником, в котором Молли узнала Дамблдора.

Трудно было не признать его. Яркая мантия, длинная белая борода с колокольчиками, очки-половинки и добрые голубые глаза с прищуром.

— Добрый вечер, Молли, — ласково улыбаясь, проговорил он.

— Добрый вечер, директор. Поужинаете с нами?

— С удовольствием, твоя еда выше всяких похвал.

— Смотрите, чтобы вас не услышали хогвартские домовики, — улыбнулась Молли, стараясь не встречаться с директором взглядом.

Дамблдор сел на предложенный стул и присоединился к трапезе. Болтовня ни о чём продолжилась.

В конце трапезы Дамблдор вытащил из кармана письмо и протянул его Перси.

— Я решил прихватить ваши письма с собой, — сказал он и достал ещё три письма.

— Это вам, — произнёс он, протягивая два письма близнецам, — а это тебе, Рональд.

Ещё одно письмо перекочевало из рук в руки. Рон с радостным воплем раскрыл письмо, приглашающее его в Хогвартс.

— А мы уже начали волноваться, — произнесла Молли, — Рон так его ждал.

— Я прошу меня извинить, я подумал, что всё равно зайду навестить вас, поэтому решил заодно занести письмо, — Дамблдор улыбнулся и обратился к Рону:

— Ты знаешь, в этом году в школу идет Гарри Поттер. Я думаю, что ты бы мог стать его другом.

Молли смотрела на сына и директора, и понимала, что вот оно, то, о чём она догадывалась, читая книги и смотря фильмы.

Ронни смотрел на директора, некрасиво открыв рот и ловя каждое его слово.

— И, Ронни, я принёс тебе кое-кого, — голос директора, казалось, сгустился и потёк. Молли подумала, что слушала бы его всегда и у неё появилось желание сделать всё, что попросит директор.

Потом в голове у неё будто щёлкнул воображаемый тумблер и она снова смогла реально оценить ситуацию. У неё хватило ума не показать, что на неё больше не действует голос Дамблдора.

— Рон, это твоя крыса, которая досталась тебе от Перси, а ему купят сову, так как он стал старостой. Крыса живет у вас давно, — теперь директор, отдав крысу Рону, обращался уже ко всем.

Семья Уизли молча взирала на вещающего директора, который удовлетворённо улыбнулся и уже обычным голосом проговорил: