Габрион вышел из класса и в него вдруг врезался маленький бумажный самолётик. Подхватив его по инерции, принц заметил на крыле надпись: иди в беседку! Мальчишки все по очереди сунули носики в записку и, не сговариваясь, кинулись по указанному адресу.

Забежав в беседку, дети обнаружили на столе бумагу с нарисованной стрелой, указывающей направление и, ни на секунду не задумываясь, полезли в проделанное Его Величеством отверстие в цветочной стене.

Камила, тяжёло дыша, догнала озорную ватагу, когда последний ребёнок исчезал за колючими зарослями.

— Дети! — крикнула воспитательница и сиганула в дыру.

— Эту стрелку нужно повесить на дубе! — уверенно сказала Тэйла, стоя под раскидистым деревом. — Лезьте, Ваше Величество!

— Как дети залезут на дуб? Здесь же высоко! — заартачился король.

— Вы сомневаетесь в возможностях наших воспитанников? Или сами залезть не сумеете? — подначила королева.

Данион высокомерно хмыкнул и, подпрыгнув, ухватился за толстую ветку. Через минуту он уже копошился в густой кроне.

— Стрела должна указывать в сторону гигантских ромашек, вон туда! — подсказала девушка.

— Хорошо, сделаем! — закрепив очередной указатель, Данион спрыгнул и, отряхивая руки, сказал: — И всё-таки я не понимаю, как дети смогут туда залезть, это под силу только взрослому мужчине.

— А давайте устроим засаду и посмотрим! — предложила авантюристка королевских кровей.

— А давайте! — с удовольствием согласился, вспомнив детство золотое, король.

Они устроились за высокими кустами, откуда хорошо просматривался дуб.

В засаде было хорошо и удобно, но стало ещё лучше, когда Данион в очередной раз посетовал на холодную землю и посадил сообщницу себе на колени, приблизив её спину к своей груди. Зарываясь подбородком в густые волосы жены, король уже точно знал, что такое счастье!

Мальчишки, руководствуясь таинственными указателями, пробежали чуть ли не половину парка и остановились под высоким дубом. Стрелка на стволе показывала, что нужно залезть наверх.

— Смотрите, Ваше Величество, — нашла в себе силы прошептать разомлевшая от близости своего мужчины королева. — Они уже здесь!

— Смотрю, смотрю, — пользуясь моментом, прижал жену покрепче Данион.

Маленький эльфёнок прислонился к стволу мощного дерева и погладил неровную кору. Ветка дрогнула и опустилась до самой земли. Дарвин, оттесняя принца, быстро забрался по ней, как по лестнице, и через минуту сообщил:

— Показывает в сторону гигантских ромашек!

Мальчишка спрыгнул, и стайка пацанят моментально упорхнула. Прибежавшая к шапочному разбору Камила пыталась отдышаться, наклонившись и уперев руки в колени. Слегка восстановив дыхание, она со стоном поплелась дальше догонять воспитанников.

— Вот! А если бы она по утрам не бегала, то вообще не догнала бы! — повернувшись к Даниону, торжествующе сказала Тэйла и её губы накрыли губы короля. Случился сладкий и долгожданный первый поцелуй!

— Сработало! А ты говорил — не прокатит! — расплылся в довольной улыбке домовёнок.

— Да, Кузя, ты гений! — похвалил Агафон.

— Ладно, нам тут больше делать нечего, — не купился на лесть малыш. — Пойдём, знакомство с фейками проконтролируем, а то ты видел, у комара этого — сабелька!

Нечисть дружно заржала и исчезла, не потревожив ни один листик на могучем дубе.

На протянутых ладошках счастливого Габриона стояло два миленьких создания! Миниатюрная принцесса цветочных фей Ромашка и такой же маленький, но по-своему мужественный принц Колокольчик! Забитый ребёнок часто видел их во сне, они танцевали и скрашивали его нелёгкую жизнь. Маленький мальчик держал на ладошках свои детские мечты!

Дети с восторгом рассматривали, к чему привёл их неожиданный марафон.

— Цветочные феи! Вы прилетели! — радовался принц. — Надо рассказать Тэйле и папе!

Вовремя появившийся Кузя внутренне возмутился: ну, никакой личной жизни у хозяев! Тут из шкуры вон лезешь, чтобы устроить их счастье, а некоторые вообще ничего не понимают! И только он открыл рот, чтобы отвлечь мальчишку, эти… фейки пропищали:

— Мы скажем! — и упорхнули!

Домовые в недоумении переглянулись и рванули следом.

Короля с королевой, до сих пор находящихся в умопомрачительной засаде, снова оторвали друг от друга тоненькие голосочки: